Перемены в преступных интересах

От рук похитителей грузов всё чаще страдает автомобильная техника


Руслан Заурбеков,

начальник ОБППГ Управления на транспорте МВД России по УрФО,

подполковник полиции


В границах Свердловской железной дороги в этом году наблюдается рост краж грузов. Транспортная полиция отмечает перемены в интересах похитителей. Если прежде они посягали на мелкую бытовую технику, то нынче – на дорогостоящие автомобили. Об этом нашему корреспонденту рассказал начальник отдела по борьбе с преступными посягательствами на грузы УТ МВД России по УрФО Руслан Заурбеков.


– Сегодня тенденция всё та же, что весной и летом: продолжаются хищения запчастей автомобильной техники и комплектующих. Буквально пару недель назад произошёл очередной инцидент, по Седельниково. Неблагополучной у нас почему-то становится эта станция – уже восьмой случай в текущем году.

– Руслан Мусаевич, какова же ситуация с хищениями грузов? В цифрах.

– Количество зарегистрированных краж грузов убавилось. За девять месяцев прошлого года было 598 и раскрыто 354, а в этом, соответственно, – 506 и 356. Динамика хорошая: при уменьшении зарегистрированных краж мы добились увеличения раскрытых случаев. Это данные по различным видам грузов и в целом по управлению, которое охватывает Свердловскую и Южно-Уральскую дороги. Но это лишь цифры, а за ними скрываются люди, и лучше бы о них и говорить.

– Хорошо, о людях. Вы можете нарисовать портрет сегодняшнего вора?

– Составить какой-то универсальный фоторобот затруднительно, могу только перекинуть мостик в прошлое и провести такое сравнение. Я ровно 20 лет в органах, 16 из них – в этой службе, по борьбе с преступными посягательствами на грузы. Так вот, раньше вор был матёрый. Он полностью осознавал, что делает, и чётко планировал свою криминальную деятельность.

А теперь же преступник занимается этим от недостаточного количества финансов и более чем достаточного количества свободного времени, которое просто не знает, чем занять. Попадаются нам люди и с высшим образованием. Они, увы, не сумели найти себя в жизни. Разношёрстная, в общем, компания. Это видно даже по характеру, почерку, следам хищений – они всегда разные.

– Чаще это дело случая, когда мимоходом кто-то действует, или сообща?

– Когда случай, а когда и сговор. Но сговор вещь такая – его нужно доказать. В прошлом году был интересный случай. По станции Войновка, это Тюмень, стоял эшелон, вагоны с разрядным грузом, или, проще говоря, снарядами. Для авиационных пушек. И вот похитили сразу два ящика со снарядами. Провели ряд оперативно-розыскных мероприятий, в городе остановили автомобиль, в багажнике которого снаряды и обнаружили. Была, между прочим, у военного эшелона и охрана, и караул, но как-то смогли эти ящики из вагонов достать…

– У вас есть объяснение, почему воров сегодня интересуют автомобили?

– Началось-то всё с чего? С техники, которую перевозят открытым способом, платформами: автобусы, военная техника, автомашины сельхозназначения. А потом это уже перешло на автомобили, которые доставляют вагонами-сетками. Рынок диктует условия. Самая популярная по числу продаж в стране машина – «Тойота». Последние три случая связаны именно с этой маркой – похитили детали с «Лэнд Крузера» и «Камри». Другой случай зафиксирован в Тюмени, с автомобилями марок «Киа» и «Хёндэ». Они тоже популярны.

– А при каких внешних условиях, как правило, случаются эти хищения?

– Чаще, конечно, при длительной стоянке, как в случаях с автомобилями «Лэнд Крузер». В Кузино состав простоял больше суток. Местные жители (это мы уже в ходе следствия установили) выпивали и выпили всё, что было. Не хватило. Денег, как всегда, нет. А дальше всё как в песне: «вышел на улицу, глянул на село», стоит вагон, а в нём – «Лэнд Крузеры». Залезли туда, взяли запасные колёса и аккумуляторы. Продали. Главным было не продешевить или цену не загнуть.

Виной тут, скажем дипломатично, несогласованные действия и дороги, и ведомственной охраны, и нашего управления. Но мы не охраняем составы, потому что функционально предназначены для решения других задач. Не раз уже выходили с представлением и письмами на дорогу с просьбами каким-то образом минимизировать количество участков с брошенными составами. Но ситуация, к сожалению, только ухудшается, таких поездов становится всё больше и больше.

– Как может повлиять на эту ситуацию именно транспортная полиция?

– У нас, в принципе, немного механизмов влияния на ситуацию. Мы не можем поставить себе в план раскрыть в определённый день хищение груза, которое произойдёт, допустим, завтра. Планирование у нас специфическое, тактика и методы – одни и те же. И нет смысла изобретать велосипед. Известно, что по весне, когда тает снег, начинаются массовые хищения металлов из устройств сигнализации, централизации, блокировки, связи, разворовывают материалы верхнего строения пути. В апреле-мае так просто катастрофа – тащат всё, что не приколочено. А в тёплое время года, с июня по сентябрь, покушаются уже на товары народного потребления. В таком случае единственная форма борьбы – профилактика. Несколько раз в этом году мы провёли операцию «Авто» – по Екатеринбургу и Тюмени – брали прохождение составов с автотехникой и вели их эстафетной передачей. Сбили по этим станциям вал хищений. Сейчас тут всё более-менее спокойно.

– Значит, работы у вас будет меньше? Тем более что похолодало...

– Нет, работы меньше не будет, это я вам точно говорю. Конечно, поубавятся хищения материалов верхнего строения пути, СЦБ и связи, всё это уйдёт под снег. Да, то, что железнодорожники оставят после ремонтных работ, конечно, утащат, но не массово. Спокойнее будет в плане хищения грузов. Случайные, залётные люди в холод воровать не пойдут. А те, для кого это принцип жизни и основное средство к существованию, продолжат своё дело. Мы потихоньку выходим на след этих преступников. Возьмём их, задержим. Вопрос времени.


Евгений Невольниченко
© АО «Газета «Гудок»
Условия использования материалов | http://www.gudok.ru/use/