11 апреля 2021 22:20

11 апреля 2021 22:20

Обычная работа в необычный день

Когда я проводил инструктаж работников по розыску преступника и чемодана с ценностями потерпевшей Сурковой, то обратил внимание на розыск попутчицы старушки. Никто из работников в кассовом зале подобную женщину не видел. Но носильщик Селезнев пояснил, что женщина просила его поднести чемодан, похожий по приметам на похищенный у Сурковой, к поезду сообщением Москва – Ташкент. Чемодан был в руках у мужчины, с которым блондинка вышла из зала. Всего мужчина нес три чемодана. Селезнев обратил внимание, что один был очень легким.

(Окончание. Начало в номере 46 «КЖ»).

 

Когда я проводил инструктаж работников по розыску преступника и чемодана с ценностями потерпевшей Сурковой, то обратил внимание на розыск попутчицы старушки. Никто из работников в кассовом зале подобную женщину не видел. Но носильщик Селезнев пояснил, что женщина просила его поднести чемодан, похожий по приметам на похищенный у Сурковой, к поезду сообщением Москва – Ташкент. Чемодан был в руках у мужчины, с которым блондинка вышла из зала. Всего мужчина нес три чемодана. Селезнев обратил внимание, что один был очень легким. Подозрения рассеялись, так как из их разговора носильщик понял, что, видимо, они едут на периферию в Оренбуржье за покупкой мяса.

 

Ко мне поступала вся информация, добытая работниками. Ориентировка с приметами подозреваемых была направлена по всем направлениям железной дороги, в водную, воздушную милицию и в территориальные органы Куйбышевской и других областей.

 

Наиболее вероятное направление ухода преступников с похищенными ценностями я взял под личный контроль. В поезд сообщением Москва –Ташкент направили опергруппу ЛОВД на станции Кинель во главе с Н.Ф. Андреевым – старшим оперуполномоченным уголовного розыска. Он хорошо владел приемами личного сыска. Ему было рекомендовано ехать с ревизорами в гражданской одежде.

 

Через три часа из Бузулука поступило сообщение о том, что в поезде, в вагоне № 21 установлены похожие по приметам два пассажира – мужчина и женщина, с билетами от Куйбышева до станции Бузулук. Содержимое их чемоданов проверяли в отделении милиции. Мужчина при проверке заявил, что все чемоданы принадлежат ему, но не смог назвать ни одного находящегося в них предмета. В одном из чемоданов милиционеры обнаружили деньги в сумме 5000 рублей, отрезы кримплена, хрустальные вазы и другие ценности, принадлежащие обворованной старушке Сурковой.

 

Задержанных преступников ближайшим поездом отправили в ЛОВД на станции Куйбышев. По телефону я поблагодарил работников кинельской и бузулукской транспортной милиции за бдительность, находчивость и оперативную смекалку.

 

Собираясь уйти домой, я был удовлетворен результатом дня. Пригласил к себе в кабинет старушку Суркову и кратко ей сказал: «Бабуля, не волнуйтесь, ваши вещи и ценности найдены полностью. Завтра мы их вам вручим». Старушка была взволнована моим сообщением.

 

Я уехал домой, где меня ждал с нетерпением мой сын. По дороге в машине я обдумывал, что ему рассказать. Но вечер рассказов не состоялся. Только я вошел в квартиру, зазвонил телефон. На проводе был дежурный по отделу. Он доложил: «На участке нашего обслуживания – ЧП. Неизвестный пьяный гражданин на станции Безымянка, в одном из жилых домов, вооружившись ружьем, забаррикадировался, ведет беспорядочную стрельбу по прохожим. Имеются сведения, что в квартире тяжело ранены женщина и ребенок. На место происшествия подняты по тревоге личный состав линпункта милиции на станции Безымянка во главе с начальником Назаровым Г.И.»

Дежурному я отдал распоряжение. Оцепить жилой дом и не допускать посторонних лиц, иначе могут быть жертвы. Не предпринимать в дальнейшем никаких действий до моего приезда на место, из отдела выслать группу опытных работников уголовного розыска.

 

Через несколько минут я прибежал в линпункт милиции на станции Безымянка. Начальник пункта милиции Назаров мне доложил о предпринятых мерах. Дом был оцеплен. Гражданин Алимов через определенные интервалы палил из окна по тропе. Мы с Назаровым подошли к дому с непростреливаемой стороны. В ночной тиши было слышно, как Алимов заряжает ружье, а затем через несколько секунд производит выстрел. Когда мы изучали обстановку, то выяснили, что преступнику для заряжания требуется не менее 10 секунд. Учитывая это обстоятельство для того, чтобы выбить стекло, ворваться в дом и обезоружить преступника, необходимо было выиграть еще хотя бы 5 секунд. Надо отвлечь внимание преступника и действовать. Окно зияло простреленным отверстием. Мы приняли решение. По громкоговорителю несколько раз предложили Алимову сложить оружие и сдаться, на что Алимов ответил усиленной стрельбой.

 

Старшины милиции Семенов, Синельников, я и Назаров готовились к прорыву через окно, на обезвреживание преступника, а милиционер Блинков, стоя в срубовом непростреливаемом простенке, методично бил жердью по входной двери, отвлекая преступника от открытого окна. После первых трех ударов по двери преступник сделал примерно за 10 секунд два выстрела подряд. Мы поняли, что у него двустволка. Расчет и риск очень опасные. Но на наш взгляд это было единственно правильное решение. Я отдал команду бить по двери сильнее. Мы услышали сдвоенный выстрел по двери.

 

Вначале Семенов, Синельников проникли в окно, за ними я с Назаровым. Через какое-то мгновение преступник почувствовал присутствие посторонних. Он повернулся к нам лицом. Алимов трясущимися руками вогнал патроны в патронник, почти в упор стал поднимать ружье на нас. В следующее мгновение мы вчетвером свалили преступника на пол. Падая, он выронил ружье. Преступника связали и вывели наружу.

 

В углу комнаты мы увидели лежащих раненных жену Алимова и ее 5-летнюю дочку. Вошедшим другим сотрудникам милиции я дал команду унести пострадавших в медпункт станции Безымянка. Там им была оказана первая помощь и их отправили в больницу.

 

Когда операция захвата была закончена, было глубоко за полночь. Мне не хотелось никуда идти, а просто посидеть в раздумье одному. Всем я приказал идти по домам, а мы с Назаровым находились некоторое время в кабинете, затем, как по команде, вышли на улицу подышать чистым воздухом. В это время забрезжил рассвет. По железнодорожным путям, размеренно стуча колесами, пробегали один за одним поезда. Наступало утро следующего мирного рабочего дня.

 

Назаров, прервав наше молчание, сказал: «Ну и денек сегодня был напряженный!» Я ему ответил: «Такова наша работа, Григорий Иванович!»

Приятно было осознавать, что мы с честью выполнили служебный долг по обезвреживанию опасного вооруженного преступника.

 

Такие случаи на участках транспорта бывают редко, но они показательны в готовности многих сотрудников нашего Управления смело и умело действовать в экстремальных условиях по защите интересов государства и прав граждан!

Николай Купцов
Пн Вт Ср Чт Пт Сб Вс
      1 2 3 4
5 6 7 8 9 10 11
12 13 14 15 16 17 18
19 20 21 22 23 24 25
26 27 28 29 30