06 мая 2021 13:08

06 мая 2021 13:08

фото: архив «КЖ»

Изделие ручной работы

Каких только историй не услышишь под монотонный стук колёс! Жизнь и расписание движения поездов сводит в одном вагоне разных людей, особенно если это – плацкартный вагон.
На этот раз моими соседями оказались на редкость приятные люди: аккуратная, очень пожилая женщина, не отрываясь, смотрела на пробегающий пейзаж. Учительница – почему-то сразу угадалась её профессия – забралась на вторую полку и читала книжку. Эта доброжелательная и открытая женщина привлекла моё внимание ещё на перроне: прощаясь с девушкой, она ни разу не назвала её по имени, только «доченька». Это звучало очень нежно и непривычно, потому что в большинстве своём мы рано отделяем детей от себя, называя их по имени. Дети же, обращаясь к родителям, называют их мамой и папой в любом возрасте.

Полная женщина с удивительно добрым лицом уже пила чай, поглядывая то на проходящих мимо пассажиров, то на вагонное окно. На боковой полке за столиком листала журнал девушка с необыкновенно солнечными глазами. Представившись Наташей и перезнакомив всех, она сразу взяла шефство над бабулей, и всё её существо выражало готовность прийти на помощь в любой момент. Она уже сбегала за кипятком, угостила её печеньем и теперь, улыбаясь, разглядывала чужую глянцевую жизнь. Напротив, выставив три банки пива, ютился крупный парень. Видно было, что женское общество стесняет его, но желание «отдохнуть по-полной» перевешивало.

Итак, мы ехали в скором поезде Красноярск – Абакан. Когда наш железный ковчег вылетал на открытое пространство, его обитатели буквально прилипали к окнам. Такая манящая первозданная даль открывалась взору: голубые горы, не изрезанные карьерами и не изуродованные кривыми заборами и не менее кривыми избами, ярко-зелёные с белыми блёстками стволов берёзы, и тёмные ели, и река Кизир, что течёт вдоль дороги. Точнее, это дорога бежит вдоль реки, то быстрой (видно, как бурлит вода на камнях), то гладкой и ленивой.

Отороченная песчано-галечным кружевом, она сверкает в лучах угасающего светила и плывёт вместе с облаками и остроконечными вековыми елями, обтекая отмели, языками желтеющие посреди струящихся вод, или круто сворачивает от дороги и скрывается из вида. Но, словно понимая, что мы ещё не нагляделись на неё, возвращается, великодушно давая любоваться собой. Иногда из-за деревьев виднеется дымок, и сразу хочется пусть на одно мгновение оказаться у этого костра и вдохнуть прохладный, пахнущий туманом воздух. Недавно сложенный стожок на островке даёт воображению повод представить и добротный дом, и справную коровку, для которой заготовлен провиант на зиму, и русоголовых ребятишек, пьющих тёплое парное молоко, и хозяина с хозяйкой, тайно поглядывающих друг на друга и с нежностью – на детей.

– Детские игрушки, деревянные детские игрушки, изделия ручной работы! Совсем недорого! – вторгся в мои лубочные мечтания настойчивый голос. Все оторвались от вида за окном и уставились на говорящего. А он уже открыл деревянный ящичек, где остро пахли свежеструганным деревом «изделия ручной работы» – давно забытые игрушки: мужик и медведь пилят бревно, клоун кувыркается на перекладине, два кузнеца пооче­рёдно бьют молотом по наковальне – всё кремово-белое, с естественным древесным рисунком. А купец, не умолкая, нахваливает свой товар, дёргая за верёвочки и стерженьки. Изделия ручной работы шли нарасхват! Полвагона сбежалось за диковинными игрушками: кто купил для детей, кто – для внуков, кто – для себя, вспомнить детство.

Лишь пожилая женщина не взяла ничего, только мельком отметила всеобщий восторг, потёрла левой рукой скрюченные пальцы правой и снова повернулась к окну.

Река уже скрылась из виду, поезд нёсся вдоль вертикально срезанной скалы, прогромыхал по длинному тоннелю и заполз на мост через ущелье. Казалось, мы парим над землёй, и глубоко снизу поднимается плотное облако тумана.

– Какая красота! – сладкий ужас от этого полёта сдавил горло. Старушка повернулась на этот возглас:

– Очень дорогая красота! Сколько людей здесь положено! – и, помолчав, продолжила. – Я совсем молоденькая была, когда мы с матерью работали на строительстве дороги Абакан – Тайшет.

В вагоне стало как-то уважительно тихо, а старушка, почув­ствовав всеобщий интерес, оживилась:

– Работали-то в основном женщины, потому что много мужчин погибло на фронте, а другие вернулись инвалидами. Приезжали на строительство из других городов по комсомольскому призыву, но уж больно холодно да неприветливо у нас в горах. Выдерживали не все! Местные-то покрепче оказывались. Лес валили, чистили стволы от сучьев, в штабеля укладывали, а летом сплавляли по реке. Из всех механизмов поначалу только лопата да тачка гравий возить, лом да верёвка для погрузки брёвен на лесовозы. Это уже потом, за нами техника пошла.

– А жили где? Сколько едем, одна тайга да горы, – парень отставил банку с пивом, сбросил куртку, оставшись в тельняшке.

– Жили-то? Да тут же и жили, в палатках и времянках из досок.

– А зимой? Здесь и снега по крышу, и морозы лютые, я как-то проезжала в декабре, видела, – учительница свесилась с полки.

– Ох! И мёрзли, и под ветром гнулись, и в ледяную воду проваливались. Катишь тачку с гравием по просеке, как по снежному тоннелю, ноги подкашиваются, руки деревенеют, но куда ж деваться? Дома ещё две сестры и брат маленький, а отец с фронта не вернулся. На иждивенцев ­200 граммов хлеба в день давали, а на строителей – 600. Вот за это и работали. Поначалу так вообще в лаптях да брезентухе ходили. Сошьёшь из фуфайки штаны наподобие чулок, лапти сверху наденешь, да брезентуху – и на дорогу! Морозы до пятидесяти градусов доходили, ещё и с ветерком.

– Да ладно тебе, мать! Какие лапти! – парень в тельняшке уже и забыл про своё пиво. – Что же, ни валенок, ни сапог не было?

– А где ж напастись на всех? Что было заготовлено, на фронт ушло, а нового ещё не наработали.

Некоторое время только стук колёс на стыках нарушал молчание. Пассажиры смущённо хмурились, а рассказчица, словно вернувшись в молодость, окрепшим голосом продолжала.

– Откуда силы брались? Лет-то нам было по восемнадцать – двадцать, только бригадир была постарше. Жалела нас, но план выгонять надо. Рубишь сучья, аж пар идёт, а она оберегает, кричит: не становитесь за штабель, не дай бог брёвна пойдут! Но и брёвнами давило, и тонули во время сплава. Развяжется плот, и люди под брёвна, как горох попадают, а в фуфайке не выплывешь – вата быстро воду набирает. Вот мост проехали, так мы как раз на этом участке работали: отсыпку делали.

Она снова погладила правую руку.

– Вот её-то и подрубила напарница, когда кольца для плотов вязали, сухожилия срослись неправильно, вот и скрючило. Да и некогда было ждать, пока заживёт. Так и строили всё ручками вот этими!

– А сколько же вам лет сейчас? – перешёл на уважительное «вы» парень в тельняшке.

– Да восемьдесят два недавно сравнялось, – старушка поправила вязаную кофту, улыбнулась посветлевшим лицом. – Я ещё картошку сама сажу! Окучивать-то уж тяжело стало, погребу-по­гребу, полежу меж рядков, да опять в работу. А уж копать так нанимаю. Ещё лет пять назад травы-ягоды собирала на продажу, теперь ноги плохо ходят, да и носить тяжело. Но жить как-то надо, на пенсию не особо разбежишься.

– А пенсия сколько? – спросила полная попутчица, уже давно смахивающая слезу.

– Да добавили нынче сто пятьдесят рублей, стало четыре восемьсот!

В вагоне включились тусклые лампочки – поезд с грохотом втянулся в тоннель. Ещё один почти километровый тоннель на дороге ручной работы…

Справка «КЖ»
Людмила Петровна Абрамова (Тишкина) – автор книг стихов и рассказов «Четыре времени жизни» и «Главная роль», сборника стихов и песен «После августа», книги «Время в лицах». С 1989 года – режиссёр телестудии КГТУ, почти 10 лет программа «КОНТУР» выходила на телеканале «Прима-ТВ». В 2000 году удостоена звания «Почётный работник высшего профессионального образования». С 2007 по 2016 гг. – начальник организационно-технического отдела управления по работе с персоналом и кадровой политике СФУ. Лауреат первой премии городского конкурса авторской песни Красноярска.
Людмила Абрамова
Пн Вт Ср Чт Пт Сб Вс
  1 2 3 4 5 6
7 8 9 10 11 12 13
14 15 16 17 18 19 20
21 22 23 24 25 26 27
28 29 30 31