19 апреля 2021 14:25

19 апреля 2021 14:25

фото: Екатерина Крюкова

«Филис» и железнодорожное братство

Как из-за тайфуна рабочая смена локомотивной бригады продолжалась 15 дней

Многие говорят, что железная дорога на Сахалине – детская. Мол, и грузооборот небольшой, и протяжённость. Диспетчер Сахалинской дистанции инфраструктуры Владимир Курганский на такие реплики отвечает приглашением поработать на острове хотя бы год.

Большую часть жизни Курганский трудился в локомотивных бригадах. Много циклонов видел на своём веку. Такие трудности всегда сближают. Да и вообще, сахалинское железнодорожное братство всегда отличалось особенной сплочённостью.

– Я работал помощником машиниста у Анатолия Данилова. Как-то ночью подъезжаем к месту, которое называлось «Три верба», смотрим: на светофоре красный сигнал. Что за проблема? По рации никто ни гу-гу, – вспоминает он. – Выскакивает машинист, бежит к дежурной, заглядывает в окошко: точно, спит! Начал барабанить по раме, разбудил… «Ой, ребята, простите…» – говорит она. Включила зелёный, поехали. 

Обратно поезд должен был ходом пройти это место, но по рации дежурная вдруг передаёт: «Остановка одна минута. Срочно получить факел-свечи!» Локомотивная бригада в недоумении. Какие факел-свечи, давно уже их отменили. Тормозят и видят: к локомотиву бежит дежурная, несёт что-то в руках. Когда она уже протянула руки к окну кабины, стало ясно, что никакие это не факел-свечи, а простые домашние гостинцы в благодарность за то, что не доложили, не пожаловались. 

– Ничего особенного та остановка за собой не повлекла: никого не выбили, проблем не было, – рассуждает Курганский, уже убелённый сединами.

В августе 1981-го сахалинское железнодорожное братство на прочность проверял циклон «Филис». Самый мощный в истории островной магистрали. Владимир Курганский застрял на станции Камышово с грузовым составом. Машинистом с ним тогда был Владимир Вениаминович Якушев, железнодорожники чаще называли его «Витаминыч». На Холмск прошли с нечётным, а назад взяли теплушки с солдатами. И на обратном пути застряли.

С собой запасов ни у кого не было, а сколько ждать восстановления движения – неизвестно. Солдат больше сотни, в основном из азиатских республик. Но отцы-командиры позаботились о них. Скоро по всему поезду разнеслись хорошие новости: еду везут вертолётом. 

– С вертолёта в мешках сбрасывали кашу и тушёнку. На банках написано «Свинина», а в банках – сплошной жир, – Курганский тогда вместе с машинистом столовался у солдат. – В итоге у всех скрутило животы, началась дизентерия. Рядом с поездом выкопали землянку. Сначала она была для провинившихся, потом стали туда больных укладывать пачками. Чем бы дело кончилось, неизвестно, но прилетел генерал и сообразил, что, если людей не вывести, все здесь и останутся. Короче, приказал выводить солдат пешком до Холмска, кого-то несли на носилках. 

В это же время в Холмске-Северном застряли два пассажирских поезда. На Томаринском и на Шахтёрском. У всех локомотивных бригад еды не было. Кое-что таскали из старых запасов временно проживавших на станции путейцев. Как-то Курганского отправили пешком в Холмск за авансом для его бригады и для ещё одной, которая застряла в Пятиречье.

– Шёл в Холмск, потом назад. Потом короткий перекур и до Чапланово-Пятиречья. Там ребята мне в награду налили чаю, ложку варенья положили. Предлагали остаться на ночь, но нельзя было, мои же волнуются. Вдруг пойдут искать? – рассказывал Курганский, сидя за столом в дистанции инфраструктуры. – И пошёл я назад в сторону Камышово, а вечерело. Было, конечно, страшновато, шёл по провисшим путям. Где по рельсам, где по шпале, которая местами ещё держалась на костылях (насыпь-то вымыло с такими дождями). Шпалы в любую секунду, чуть наступи, могли оторваться, и привет – костей не соберёшь!

Через 15 дней после того, как восстановили ветку до Холмска, поезд Курганского со скоростью 3–5 км в час пробрался в Холмск. И далее, после трёхдневной ночёвки в кабинах пассажирских тепловозов, локомотивная бригада отправилась до Ильинска. Повезли на восстановительные работы слушателей высшей партшколы из Хабаровска.

– Работали так-сяк, одно слово, кабинетные трудяги, но закрывали им наряды по 25 рублей в сутки, – до сих пор помнит он. – Перед Ильинском временную ветку кинули по шоссе. Вдоль стояли путейцы с фонарями, нас пропускали. 

«Филис» перевернул не только работу железнодорожников. Тогда без шуток рассказывали, что председатель совхоза «Соколовский» звонил председателю рыбколхоза им. Котовского и требовал убрать с полей горбушу, мол, всю казённую капусту пожрала. Машинисты в ту пору вместе со всеми занимались восстановлением пути. Так и знакомились с другими предприятиями, укрепляли братство в трудностях.


На фото: Владимир Курганский повидал на Сахалине не один тайфун, но «Филис» запомнился ему особенно
Екатерина Крюкова