05 июня 2020 05:20

05 июня 2020 05:20

фото: архив автора

В честь великого полководца

Операцию по освобождению Белоруссии назвали в честь прославленного генерала Петра Багратиона

Четвёртый военный год, 1944-й, начинался снятием блокады Ленинграда, энергичным продвижением Красной армии по Правобережной Украине, выходом на границу Белоруссии. В апреле приостановившееся было наступление в низовьях Днепра энергично продолжилось, в апреле советские войска вошли в Крым и освободили его полностью к 12 мая.

На том линия фронта почти замерла.

Очевиден был стратегический перевес Красной армии. Но её энергия для дальнейшего движения вперёд иссякла. Германское командование сумело закрепить войска в обороне. Ставка Верховного главнокомандования хорошо понимала: главные события развернутся летом. Требовалось выбрать направление основного удара – так, чтобы он был максимально результативным и дался наименьшей ценой. Немцы прекрасно понимали, что этот удар будет неизбежен. Командование Вермахта пришло к выводу, что его надо ждать на Украине, причём не в западном, а в северном направлении, чтобы окружать немецкие войска в Белоруссии и выйти к Балтийскому морю. Именно на Украину перебрасывал Гитлер свежие силы. Но тем временем главные удары готовились в Белоруссии – в западном направлении, хотя, казалось бы, обилие болот, речек, лесов делало это направление неудобным для быстрого движения войск. Однако не надо забывать: в этих лесах к началу лета 1944 года было свыше 190 тыс. партизан – это численность двух таких крупных формирований, как армия. Перевес сил перед началом операции в Белоруссии удалось создать существенный: 1,67 млн советских солдат и офицеров против 1,2 млн фашистских, 5800 танков против 900.


1-й, 2-й и 3-й Белорусские, 1-й Прибалтийский фронт начали операцию «Багратион» в символическую дату – рано утром 22 июня. Перед этим партизаны взорвали свыше десяти тысяч объектов в тылу врага, нанеся непоправимый ущерб его войскам, лишив их мобильности.


4-1.jpgНа белорусской земле в ходе наступательной операции летом 1944 года полным кавалером ордена Славы стал Николай Попов – в мирное время рабочий ремонтно-путевой колонны на станции Шахунья (ныне Шахунская дистанция пути).


В 30-х годах он пришёл работать на железную дорогу из таёжной деревни Лопатино, ныне уже не существующей. Попова вспоминают как человека недюжинной силы: ворочать шпалы, несколькими ударами забивать костыли ему было легко. Его ценили в колонне, оформили бронь. А Попов стремился добровольцем на фронт и добился своего, хотя военкомат отказывал ему дважды. И через несколько месяцев учёбы оказался в качестве сапёра в самом пекле, на 1-м Прибалтийском фронте.


– Дядя Коля говорил мне: в бою надо себя беречь… Но как беречь? Быть внимательным, аккуратным, – вспоминал Алексей Соколов, работник восстановительного поезда Нижний Новгород-Сортировочный, племянник Николая Попова. – Вот часто сейчас вспоминают «фронтовые сто граммов». Их, говорил он, действительно давали перед трудной атакой. Но он ни разу их не пил. Голова должна быть свежей, реакция – моментальной. Он хорошо понимал, как идёт бой… Случалось, он горевал: сколько же наших полегло из-за невнимания, из-за чепухи какой-то. Говорил: на войне надо прислушиваться к своему чутью. Вот в Белоруссии дело было. В холод они сидели в подвале, ели, грелись. И решил он – надо им с бойцами оттуда уходить. Почему бы?.. Но вот стоило выйти – и снаряд туда попал. Его ранило только два раза – и то несильно. Взрыватель в его руках сработал – и на лице были следы от ожогов. А один раз мина сбоку взорвалась, но от основных осколков спас ремень.


Зимой 1944 года Попов проделывал ночью, перед наступлением, проходы в минных полях возле города Новосокольники. Это был первый орден Славы. Второй – это проделанный летом того же года во время операции «Багратион» проход в минных полях у посёлка Шумилино под Витебском. Тогда Николаю Попову пришлось ввязаться в бой, и он сумел подорвать два вражеских дзота. А третий орден был за бой с восьмерыми немцами. Войска, пройдя Белоруссию, начали освобождение Прибалтики. Отделение сапёров, которым командовал Попов, оказалось в Латвии, в районе города Приекуле. Наступление продолжалось, и Николаю Попову как самому опытному сапёру поручили ночью делать проходы в своих и вражеских минных полях. Он ушёл на задание без оружия, которое могло помешать в тонкой и страшной работе, задеть за что-то, упасть. С собой – только сапёрная лопатка. Надо не просто вернуться, выполнив задачу, но и потом вести за собой людей в атаку, потому что только сапёру известен безопасный путь… И вот Попов уже на рассвете по пути назад в кустах наткнулся на восьмерых немцев. Они были вооружены – в отличие от него. Ели ягоды. И Попов услышал их весёлое: «Малина – гут!»


Пятерых он убил тут же своей сапёрной лопаткой. Трое посчитали за благо отдать ему своё оружие и были приведены в качестве пленных.

В жизни Николая Попова случится необычная ошибка. Вообще-то, полагалось награждать всего тремя орденами Славы – не больше. Но он стал одним из очень немногих, кому был вручён четвёртый орден – уже в январе 1945 года за ночную вылазку в тыл врага около польского города Щитно, во время которой он своими руками снял больше двадцати мин.


Именно о необыкновенном можно говорить, вспоминая подвиг, совершённый на белорусской земле земляком Попова и – более того – работником всё той же ремонтно-путевой колонны Дмитрием Комаровым.


4-2.jpgОн вырос в старообрядческой деревне Синчуваж недалеко от Шахуньи. В 1939 году в 16 лет поступил счетоводом в ремонтно-путевую колонну, вскоре стал бухгалтером. Но родственники вспоминали: собирался в институт учиться на инженера-путейца. Однако началась война, и Комаров отправился в Ветлугу во 2-е Горьковское танковое училище. Сражался на Брянском фронте, получил орден Красной Звезды, был ранен. Вернулся из госпиталя в свою часть как раз накануне начала операции «Багратион». И никого из старого экипажа танка уже не застал в живых. Вместе с новыми товарищами Комарову было суждено воевать меньше недели.


На третий день наступления, 25 июня 1944 года, их танк прорвался к маленькой станции Чёрные Броды. Сейчас линия, на которой она находится, идёт на юго-запад от Бобруйска только до соседнего райцентра Октябрьский. А до войны она шла дальше, к магистрали Гомель – Брест, но выведенные из строя пути так и не восстановили. А тогда у немцев в Чёрных Бродах была база, с которой снабжались войска. Танковый полк, где служил Комаров, должен был взять станцию штурмом и перерезать железную дорогу.


Атака была мощной. И казалось, перевес был на стороне советских танкистов. Но тут из леса показался бронепоезд. Он начал расстреливать боевые машины в упор.


Т-34, которым командовал лейтенант Дмитрий Комаров, оказался ближе всего к этой фашистской крепости на колёсах. Отступать было нельзя: это привело бы к неминуемой гибели – танк был бы расстрелян. И тогда он пошёл вперёд, стал бить по центральной бронеплощадке, где стояла самая мощная пушка. Дуэль была короткой и страшной. Через секунды раздался взрыв – и танк уже горел. Но он успел поразить то орудие на бронеплощадке. А потом была последняя команда. Её Комаров отдал ещё остававшемуся в живых механику-водителю Михаилу Бухтуеву: таранить бронепоезд.


От удара повалились под насыпь два вагона с бронеплощадками, сошёл третий. Танк остановился и продолжал гореть. Тут из него вылез чудом оставшийся в живых командир. Два немца бросились к нему с автоматами. Но он неожиданно выхватил пистолет и застрелил обоих. Тут горевший танк взорвался…

К трём часам дня маленькая станция была освобождена.

Таким был единственный в истории войн танковый таран бронепоезда.


В том бою Дмитрий Комаров остался жив, хотя его посчитали погибшим. Танки продолжили наступление. А лейтенант, лежавший в лесу, был найден только на второй день и спасён военными медиками. Тем временем на него и на механика-водителя Михаила Бухтуева уже оформляли представление к званию Героя Советского Союза.


Однако до награды Комаров не дожил. Он погиб 4 сентября на польской земле у деревни Заторы на берегу реки Нарев. Указ о самой высокой награде за подвиг, который не имел примера – ни в прошлом, ни потом, был подписан только спустя три недели.


Свыше 1500 советских солдат и партизан стали Героями Советского Союза после боёв за освобождение Белоруссии. Подвиги этих людей не забывают на многострадальной земле этой страны.
У Чёрных Бродов – сейчас это остановочный пункт – в честь подвига командира Дмитрия Комарова и механика-водителя Михаила Бухтуева поставлен на постамент танк Т-34.


Успех операции «Багратион» превзошёл самые оптимистичные ожидания советского командования. Белоруссия была полностью очищена от врага всего за два месяца, началось освобождение Латвии и Литвы, восточных районов Польши. На фронте длиной в 1100 км было достигнуто продвижение на глубину до 600 км. В Прибалтике удалось в ходе наступления обойти тщательно выстроенную немцами линию обороны «Пантера», и это облегчило дальнейшее продвижение войск, освобождавших эти земли.


Подсчитано, что успех операции «Багратион» стоил жизни 178 507 советским воинам. Немецкие потери составили 409 тыс. человек, больше 158 тыс. оккупантов оказались в плену.

Николай Морохин