31 июля 2021 11:51

31 июля 2021 11:51

Уроки в «школе коммунизма»

Что ожидали от будущего сотни тысяч железнодорожников в 1918 году? Можно быть уверенным: самого главного – хорошо оплачиваемого труда. Ещё – безопасного. И пусть постепенного, но улучшения условий жизни. Но как достичь этого?
Было совершенно очевидно: не стачками, ведь требовать чего-то на развалинах экономики малополезно. Ясно было и другое: митинговые методы возрождения железных дорог и руководства их работой не годились. Это как: предложили вести поезд, проголосовали и поехали?.. Викжель – исполком профсоюза железнодорожников – хотел предоставить самим коллективам решать все вопросы вплоть до организации движения поездов. Однако выяснилось, что именно его лидеры тормозили своевременную выдачу зарплаты и введение восьмичасового рабочего дня: хотели вызвать недовольство советской властью. Всероссийский железнодорожный съезд распустил Викжель 9 января 1918 года.

Прозвучало суровое слово «дисциплина». Новая власть обозначила чрезвычайные меры, которые должны были спасти общество и экономику.
Этими мерами стала в 1918–1922 годах политика военного коммунизма. Она обозначала всеобщую трудовую повинность, национализацию промышленности, транспорта и части продуктового рынка. По декрету Совнаркома от 28 июня 1918 года частные дороги стали государственными. В регионах Горьковской магистрали это были Московско-Казанская и узкоколейная Владимиро-Рязанская железные дороги.

Именно в условиях этой политики родились весной 1919 года субботники. «Великим почином» назвал Ленин инициативу железнодорожников-большевиков депо Москва-Сортировочная безвозмездно поработать в своё личное время на благо восстановления транспорта. 1 мая их примеру последовали во Владимире, где в праздник ремонтировали станционные пути. 24 мая массовый субботник прошёл на Московско-Курской дороге. Железнодорожники верили, что своим трудом приближают лучшие времена.

Строительство линии Нижний Новгород – Котельнич было объявлено военно-срочным: на нём практически бесплатно, за паёк трудились мобилизованные люди. В тяжелейших условиях на таких же началах шло восстановление взорванных во время Гражданской войны путей, мостов на так ещё и не открытой линии Казань – Екатеринбург. Плохо было с продовольствием. Железнодорожники снаряжали в депо, на крупных станциях продотряды в деревни за хлебом для городов. Не надо думать, что зерно отбирали – его заставляли продавать. Но – по твёрдой цене, установленной государством. Она могла не устраивать крестьян, которые рассчитывали получить большие доходы в ситуации, когда страна голодала. А сами крестьяне, кстати, как и другие граждане страны, в те годы пользовались правом бесплатного проезда в поездах: коммунизм.

Слова «профсоюзы – школа коммунизма» означали, что это движение должно было реально вовлечь людей в решение важных государственных задач, в развитие производства. И профсоюзы нашли своё место в непростой ситуации того времени. Они оставили конфронтацию с государством. Неуместно было требовать немедленно наладить многое в труде и жизни железнодорожников. Однако именно профсоюзные инспекции взяли под контроль распределение продуктов.

В 1921 и 1922 годах прошли два съезда профсоюза работников железнодорожного и вод-ного транспорта. Они поставили вопросы охраны труда, защиты прав, организации досуга и отдыха трудящихся. Профсоюзная организация обозначилась как законный представитель коллектива перед работодателем. И началось, как это сегодня хорошо знакомо железнодорожникам России, заключение с администрациями колдоговоров. В них были прописаны важнейшие условия, на которых предстояло строить трудовые отношения: заработки, охрана труда, правовая защита. В поле зрения попали безработные железнодорожники. Они стали не только получать профсоюзные бесплатные обеды и материальную помощь – решались вопросы их трудоустройства.

В 1922 году, когда экстренные меры дали свои результаты, хозяйство дорог окрепло, улучшилось снабжение товарами. В стране была установлена новая экономическая политика – НЭП, которая создала предпосылки для дальнейшего развития профсоюзов.

Они занялись в этих условиях многими важными проблемами. Стали организовывать жилкооперативы: квартир железнодорожникам не хватало. Профсоюз в содружестве с управлением Московско-Казанской железной дороги открыл на крупных станциях 35 библиотек, 40 клубов, 30 пунктов ликвидации неграмотности, четыре школы для взрослых и целую сеть начальных школ для детей на маленьких станциях. Профсоюзы активно и успешно отстаивали права работников через суд, чаще всего оспаривали незаконное увольнение. На станции Серёжа был построен первый дом отдыха для железнодорожников.

Человек, который запятнал свою честь как производственник, изгонялся из проф-союза. И лишался многого. Его права больше не защищал профком. Уже не для него были профилактории, клубы, дома отдыха. Помните знаменитую фразу Ильфа и Петрова «Пиво отпускается только членам проф-союза»? Становится понятна вся глубина её смысла? Обратите внимание: писатели работали в газете «Гудок» и хорошо знали реалии жизни в отрасли.
Николай Морохин