24 сентября 2021 09:28

Выпуск №2 от 07.06.2020

фото: 123RF/Legion-Media

Дивный новый мир

Какой будет жизнь после эпидемии

В кризисные времена всегда растёт спрос на пророков. Предсказанные ими глобальные перемены редко становятся реальностью, но спрос на предсказания не ослабевает. Пандемия коронавируса не стала исключением: Форумы и круглые столы на тему «Мир после коронавируса» проводятся один за другим, газеты постоянно публикуют интервью с противоречивыми прогнозами. Об основных тенденциях, которые, по мнению футурологов, политологов и экономистов, станут мейнстримом после завершения кризиса, – в нашем материале.
Прочь из Москвы!

Одним из самых популярных трендов будущего называют переход всего и вся в онлайн-форму. Автор теории «чёрного лебедя», публицист и экономист Нассим Талеб даже предсказал в связи с этим исчезновение мегаполисов. По его мнению, из-за карантинных мер люди привыкнут работать и учиться из дома, поэтому им больше не нужно будет жить в больших городах. «Это не означает, что офисы исчезнут полностью, они просто станут меньше, и люди не будут ездить туда каждый день. Многие начнут переселяться из городов в сельскую местность», – рассказывает Талеб.

Ещё одной тенденцией, по его мнению, станет локализм. Люди будут больше внимания уделять тому, что происходит у них по соседству, а не в стране или мире, и с большей охотой переезжать туда, где местные власти зарекомендовали себя как более эффективные в противодействии заразе.

О локализме, но уже в другом понимании этого слова, говорит и американский экономист Джеффри Сакс, которого журнал Time включал в топ-100 самых влиятельных людей в мире, а The Economist называл одним из трёх самых влиятельных экономистов современности. По его мнению, стремительное распространение вируса показало опасность чрезмерной глобализации, когда массы людей постоянно перемещаются по всему миру. «В лучшем случае сформируется несколько сильных регионов с развитой внутренней кооперацией: Северная Америка, Латинская Америка, Европа, Африканское сообщество, СНГ, Южная Азия и т.д., которые будут взаимодействовать в рамках Устава ООН и Всеобщей декларации прав человека», – рассказал Сакс в интервью «Российской газете».

По мере того как будут оформляться локальные «центры силы», начнёт возрастать спрос на возобновляемые источники энергии, позволяющие создавать децентрализованные сети энергоснабжения. Это не только позволит улучшить экологическую обстановку, но и сократит производственные цепочки. Коронакризис показал их уязвимость – введение карантина на одном конце земного шара вызывало паралич производства на другом.

В отличие от Нассима Талеба Джеффри Сакс полагает, что массовый исход из крупных городов маловероятен. Однако их трансформация неизбежна: они должны стать более гигиеничными. «Мы научимся наконец носить маски в общественных местах, если болеем или сами рискуем заболеть, что уже многие годы стало нормой в странах Восточной Азии», – полагает Сакс.


Сделай как было

С большой вероятностью после того, как непосредственная угроза исчезнет, люди и правительства по всему миру захотят вернуться к той жизни, к которой они привыкли, говорит директор Парижской высшей школы социальных наук Жак Сапир. Однако эти попытки, по его мнению, обречены на провал. Шок, который переживает мировая экономика, разителен, и, конечно же, мир послекризисный не будет похож на тот, что был раньше. Прежде всего потому, что в ближайший год ожидать появления надёжной вакцины не приходится и противоэпидемические действия будут по-прежнему в той или иной мере влиять на политические и экономические процессы.

Как и его американский коллега, Жак Сапир предсказывает усиление тенденции на локализацию производства. «Целый ряд государств, в том числе европейских, поняли на своём горьком опыте, что нельзя впредь полагаться на производство стратегически важных товаров в третьих странах», – говорит он. Последствием стремления вернуть производства в Европу и США неизбежно станет протекционизм. Стоимость рабочей силы в развитых странах такова, что без этих мер они не могут конкурировать с азиатскими производителями. А значит, прощай, глобализация, здравствуйте, торговые барьеры и высокие пошлины.

Скорее всего, успешным, по мнению Жака Сапира, будет возврат к привычным формам занятости. Онлайн, конечно, хорош, но, во-первых, не всегда применим (невозможно представить себе онлайн-парикмахера или массажиста), а во-вторых, подходит далеко не всем. Руководители французских компаний и учреждений, на которых ссылается Сапир, подсчитали, что производительность удалённого труда, по крайней мере на данном этапе, ниже по сравнению с офисной. «Не исключаю, что ситуация может измениться в будущем, но пока это так. В любом случае людям предстоит вернуться на рабочие места, но потребуется их реорганизация с учётом санитарных требований – как в офисах, так и на заводах и прочих предприятиях, а это огромные затраты», – предупреждает французский учёный в интервью всё той же РГ.


Зона риска

Российский экономист Сергей Гуриев, сейчас занимающий пост профессора института Science Po (Париж), видит три ключевых направления изменений. Первое – резкое сокращение путешествий и особенно бизнес-командировок. Причиной станет не только стремление снизить риск переноса инфекции, но и то, что многие компании за время пандемии поймут, что видеоконференции ничуть не хуже, чем традиционные лекции, семинары и выставки. «Это очень плохая новость для России: поскольку люди будут меньше летать и ездить, снизится потребность в топливе и цены на нефть не вернутся на докризиcные уровни», – отметил Гуриев, отвечая на вопросы KPMG.

Изменится отношение компаний к риску. Они заложат в свои стратегии вероятность повторения кризиса, поэтому будут формировать дополнительные запасы комплектующих на случай закрытия границ, создавать «подушку безопасности» в смысле ликвидности. Это в результате чревато замедлением экономического роста, которого не бывает без определённой степени риска.

Третьим глобальным трендом Сергей Гуриев считает увеличение влияния «зелёных». У них появится новый аргумент: «Смотрите, из-за неуважительного отношения к природе мы получили целую пандемию, понесли серьёзные экономические потери. Изменение климата будет приводить к такого рода пандемиям всё чаще и чаще, так как оно выводит биосферу из состояния равновесия». Поэтому «зелёные» партии получат значительную дополнительную поддержку.
«Конечно, хорошо, что мы не будем лишний раз ездить на работу, потому что это плохо для планеты и напрасная трата времени. С другой стороны, онлайн-общение пока не достигло того качества, которое может полностью заменить общение лицом к лицу. Я надеюсь, что этот кризис приведёт к изменению технологий, которые позволят повысить качество онлайн-общения до уровня, сопоставимого с личным общением», – резюмирует Гуриев.


Новая цифра

Если человечество всё больше будет уходить в онлайн, компаниям, формирующим цифровую среду, придётся подстраиваться под новые реалии или браться за создание собственной киберреальности, говорит председатель правления «Тинькофф» Оливер Хьюз. «Никаких апокалиптических сценариев я не строю. Есть более пострадавшие отрасли и есть менее задетые коронавирусом, но поскольку основа экономического мира – это потребление, бизнес должен подстраиваться под новые привычки», – говорит он.

По мнению Хьюза, уже очевидно, что торговля, которая и до коронакризиса всё больше переходила на онлайн-формат, продолжит делать это в ещё больших масштабах. Такой же бум он ожидает и в сфере видеосервисов: люди станут потреблять больше видеоконтента в онлайн-кинотеатрах, чем ходить по старинке в кино. Причём если раньше покупки в Интернете, доставка еды, киносервисы, диджитал-банкинг или телемедицина были больше востребованы у молодых и прогрессивных жителей мегаполисов, то теперь эта парадигма потребления распространится на гораздо более широкий круг людей. Поэтому крайне усилится роль экосистем и их супераппов (многофункциональных приложений для смартфона). Через несколько лет в России будет 3–4 суперприложения от нескольких крупнейших финансовых и технологических экосистем, которые замкнут в себе основные цифровые потребности россиян, предсказывает Оливер Хьюз.

Увеличение влияния цифровых технологий на повседневную жизнь должно сопровождаться адекватным ростом их безопасности, предупреждает председатель организации «Деловая Россия» Алексей Репик. Пока повышение уровня защищённости заметно отстаёт, заметил он, выступая на онлайн-форуме «Мир после коронакризиса», организованном правительством Башкортостана. Поэтому вторая волна кризиса может оказаться совсем не такой, как ожидает большинство. Она будет вызвана не вторым пришествием коронавируса, а распространением цифровых вирусов, которые поразят онлайн-экономику.
«Все компании, которые постараются жить так же, как они жили до коронавируса, погибнут, когда начнётся вторая волна», – предупреждает Репик. Выживут самые сильные и технологичные компании, в которых ещё до кризиса было больше автоматизированных и онлайн-процессов, где самая высокая производительность труда.

Такому бизнесу нужно меньше людей, и это большой вызов – мы уже видим возросшую безработицу. Россия только вступила на этот путь, а в США уже больше 22 млн безработных. «Это пугающий тренд, особенно учитывая, что опустить эту безработицу на прежний уровень будет невозможно. Зачем Amazon люди, если те же самые роботы работают 24/7 и не приносят СOVID-19 на рабочие места», – говорит Алексей Репик.


Возрождение государства

В новых условиях будет востребована и новая модель государства, которая сосредоточится на максимальной социальной поддержке населения, вероятно, в формате минимального гарантированного дохода. Замедлить распространение безработицы можно с помощью больших проектов, подобно тому, как Франклин Рузвельт в годы Великой депрессии запустил программу строительства автодорог. «Строить аэропорты и транспортную инфраструктуру, наверное, бессмысленно, пока мы не поймём, какой у нас будет вторая волна пандемии. Я бы сосредоточился на инфраструктуре здравоохранения. Именно она будет востребована в ближайшие 5–7 лет», – полагает эксперт.

В дальнейшем новые безработные смогут найти себя в сфере малого предпринимательства, которую, уверен Алексей Репик, в посткризисном мире ждёт бурный рост – не в последнюю очередь и потому, что массовое распространение цифровых технологий сделает вход на рынок полностью безбарьерным.

Две противоположные тенденции видит в будущем председатель правления и управляющий партнёр КПМГ в России и СНГ Олег Гощанский. На уровне государств сначала будет наблюдаться стремление к протекционизму, но затем мир вернётся к ещё большей глобализации, чем до кризиса. «Любая умышленная локализация рынка – это ограничение конкуренции, а это нежизнеспособный сценарий, который многие страны уже не раз проходили», – объясняет эксперт. На индивидуальном же уровне нас ожидает ещё больший «уход в себя», в социальные сети. История с пандемией даст более мощный импульс индивидуализации человека, станет новым толчком к «коллективному одиночеству».

Сочетание сильного государства и атомизированного общества несёт в себе немалую опасность. Как полагает главный экономист ПФ «Капитал» Евгений Надоршин, после пандемии на какое-то время мир станет гораздо менее либеральным местом. «Сейчас правительства вкладывают колоссальные средства в поддержку своего бизнеса и своей экономики, и они, конечно, не захотят, чтобы эти средства утекли за рубеж. Возможно частичное закрытие границ, введение новых ограничений на импортные товары и услуги. Многие правительства вдруг осознали, что какие-то ключевые производства необходимо иметь у себя в стране, а чтобы они были хоть как-то рентабельными, придётся ограничить конкуренцию на внутреннем рынке. Ожидаю усиления национализма, а мы ведь помним, к каким потрясениям это привело в XX веке», – рассказал он KPMG.

Сегодня невозможно говорить о том, в какой мере все эти прогнозы оправдаются. Можно утешаться словами политолога, доцента РАНХиГС Екатерины Шульман: «В кризисы получают ускорение те тренды, которые и так были в обществе». Что бы ни произошло, рано или поздно это всё равно бы случилось. А нам остаётся только приспосабливаться.