24 сентября 2021 08:33

Выпуск №2 от 07.06.2020

Опора на новые рынки

Эпидемия изменила наше представление в возможностях циФровых технологий

Владимир Коровкин, профессор бизнес-практики МШУ «Скол­ково»
Коронавирусная пандемия, охватившая всю планету, привела к невероятной по масштабу изоляции, многие отрасли экономики встали. Однако кризис, как известно, – всегда и время возможностей. Бизнес перестраивается, разыскивая своё место в новом мироустройстве, и информационные технологии играют в этом отнюдь не последнюю роль. Об их роли в современном мире вообще и транспортной отрасли в частности рассказывает профессор бизнес-практики МШУ «Сколково» Владимир Коровкин.

То, как был устроен мир ещё в феврале, не вернётся никогда – произошедшие изменения необратимы. Транспортная отрасль – не исключение. Последствия будут расхлёбываться не менее двух, а то и трёх лет, поскольку ограничения снимутся лишь постепенно.

Традиционного подхода к бизнес-процессам уже не будет, не будет чисто «офлайнового» продукта. Коронавирус дал огромный толчок к изменению нашей ментальности. Крупные бизнесы традиционно реагируют медленно, но процесс запущен для всех. И принципиальная разница с предыдущими кризисами состоит в том, что если раньше какие-то тенденции в расширении цифровых технологий только намечались, то сегодня – в силу масштабности произошедшего – они стали уже не частью нашей жизни, а самой жизнью.

Что произойдёт на глобальном уровне? Прежде всего переосмысление роли государства и его взаимоотношений с обществом. Разные государства начнут сейчас конкурировать за качество выхода из экономического кризиса. Ведь проблема не только в эпидемии, но в большей степени в неслыханном и невиданном экономическом событии, не имеющем аналогов в человеческой истории.

В своё время компания Gartner ввела понятие движущих цифровых сил. Это повсеместный искусственный интеллект, прозрачные «погружающие» пользовательские интерфейсы и цифровые платформы. Далее – мобильность и понимаемая под ней возможность создать любую IT-систему практически в любой точке мира, внедрить Интернет вещей. А социальность мы видим нагляднее всего, ведь в цифровых системах сидит огромное количество людей, которые в разных ролях прекрасно организовывают сетевое общение.

Ещё в 1982 году в книге «Мегатренды» американский писатель и футуролог Джон Нейсбитт предсказал, что управление будущего будет не иерархическим, а сетевым. Социальность и означает переход от одной системы к другой, который мы сейчас наблюдаем. Раньше у нас были серьёзные психологические барьеры, мы боялись с этим работать, не знали, как к этому подойти, как организовать. Эти барьеры во многом остаются. Многие задаются вопросом, как контролировать людей на «удалёнке». Не надо их контролировать! Организация должна быть выстроена таким образом, чтобы такой необходимости просто не было. И сегодня мир в целом уже учится жить в сетевом управлении. С точки зрения экономики это огромный рычаг, подталкивающий эффективность, ускорение, то, чтобы компании стали более гибкими, более компактными.

Перестройка бизнесов сегодня происходит буквально на ходу. Для транспортной отрасли это особенно серьёзный вызов, ведь она завязана на длинные и сложные цепочки поставок. Речь о всей мировой логистике, которая до этого глобализовывалась на протяжении 20 лет, работа с цепочками поставок становилась всё более сложной. При этом, несмотря на сложный географический путь, важно, чтобы поставки осуществлялись в срок. А стало быть, управление было достаточно сложным. Сейчас вся эта система полностью рухнула. Чем длиннее у нас логистическая цепочка, тем дольше и сложнее выход из кризиса. Потому что, условно говоря, сейчас в Китае отменили карантин, но если у вас хотя бы маленькая деталь производится не в Китае, а во Вьетнаме, то нужно ждать отмены локдауна уже там. В итоге пострадали все, кто связан с производством.

Немного проще тем отраслям бизнеса, которые связаны с чем-то нематериальным. Контент, финансы, IT… Преимущество информационного продукта – а деньги тоже являются им – состоит в том, что никаких логистических ограничений нет. Никто не закрывал провода. Информация по этим проводам перемещается, и, стало быть, всё нематериальное в выигрыше. Поэтому те бизнесы, которые на основе цифровых технологий смогли организовать шлюз между физическим и цифровым миром, сейчас в огромном плюсе.

Один из таких примеров перестроившегося бизнеса – службы доставки еды. Также перестроился контент, вообще всё, что связано с медиа. В какой-то мере образование. И, конечно, вся электронная коммерция, если смотреть на неё как на совокупность отдельных отраслей.

Увы, цифровые технологии – это не волшебная палочка, которой можно взмахнуть и наладить за месяц принципиально новую систему. Это скорее инструмент, во многом очень мощный, но хороший лишь в той мере, в какой им умеют пользоваться. К примеру, можно купить замечательный токарный станок, но пока не научишься быть токарем – он будет простаивать без дела. Так же и в транспортной отрасли. Для железнодорожных перевозок не существует технологии, которая поможет в ситуации упавшего рынка как такового. Если нет спроса, если перевозки остановились, то остаётся лишь принимать какие-то меры по сокращению убытков и ждать, пока произойдёт перезагрузка.

Конечно, способность эффективно использовать цифровые инструменты определяется организационными возможностями. Информационные технологии эффективны, когда они позволяют изменить бизнес-модель. Готова ли транспортная отрасль изменить свою бизнес-модель каким-либо образом? На фоне тех ограничений и тех вызовов, с которыми она столкнётся в кризис, это видится необходимым.

Если транспортные компании смогут это сделать, то найдут и IT-решения, которые помогут. Ведь рынок упал надолго, физических перемещений будет меньше. Производство уйдёт из Китая как мировой фабрики всего и для всех. Упадёт и объём перевозок. Поэтому сейчас предстоит пересобрать логистические цепочки, приближая их к изменившимся реалиям.

Что в этих обстоятельствах может сделать транспортная отрасль? Сами по себе информационные технологии её не спасут. Необходимо, как мы уже сказали, полное переосмысление своей бизнес-модели. Способна ли крупная транспортная компания начать работать с большим количеством малых грузов, перевозимых на короткие расстояния? Именно в такой деятельности таится огромный потенциал для развития, так как наступают условия, когда традиционные рынки разрушатся или резко просядут.

Важно помнить, что прорыв на рекламном рынке того же Google произошёл в тот момент, когда они научились собирать по нескольку долларов с каждого человека, который хоть как-то рекламируется. Раньше рекламный рынок вообще не замечал огромное количество малого бизнеса, у которого есть, допустим, 20 долл. на рекламу. Просто потому, что не было инструментов эти деньги собрать. Как только Google сделал такой инструмент, он стал несопоставим по своему размеру ни с каким другим рекламным медиа в мире, потому что собирает с рынка, как пылесос, столько, сколько не может собрать никто. Транспортной отрасли нужно брать с него пример.

Цифровизация здесь – процесс неизбежный, особенно когда стоит задача работать с большим количеством независимых поставщиков. Поэтому возвращаемся к тому, с чего и начали, – пандемия стала тем триггером, который ускорил цифровую мировую революцию. Но хотя люди начнут работать проектными группами, разбросанными по всему миру, личное общение всех участников B2B-процесса никуда не денется. Есть тот же Zoom, в котором можно прекрасно общаться.

Кроме того, сегодня уже сделаны все необходимые технологические шаги для развития продающих интерфейсов. Например, компания DuPont продаёт все свои дешёвые продукты с низкой добавленной стоимостью исключительно через онлайн-интерфейс. Если, допустим, вы хотите купить минеральные удобрения или что-то, что продаётся огромными объёмами и с очень низкой маржинальностью, то не существует продавца, которому вы можете позвонить и заказать.

Вы можете лишь как сертифицированный покупатель зайти в свой онлайн-интерфейс, ввести количество тонн, которое нужно приобрести, а также указать место и срок поставки. Цена будет рассчитана автоматически, обсуждению она не подлежит. Скачали контракт, подписали, отправили, заключили сделку. И никак иначе.

Это лишь один из многочисленных примеров того, как огромное количество продуктов или услуг компании можно безболезненно перевести в подобный онлайновый режим продаж. Менеджеры по продажам в большинстве случаев давно бесполезны. И в случае с той же DuPont они не только сократили таким образом издержки, но в итоге существенно подняли продажи. Потому что потребителю такой подход тоже оказался удобен.

Сегодня важно снять психологические барьеры, ослабить какие-то свои представления о том, что безопасно, что небезопасно, что эффективно, что неэффективно. Выяснилось, что компаниям ничто не мешало распустить сотрудников на домашнюю работу даже четыре года назад. Ведь вся цифровая инфраструктура под это давно уже была создана – с того момента, как по всему миру появился широкополосный Интернет. Но потребовались долгие годы и эпидемия, чтобы вся эта история наконец заработала на практике.

Беседовал Пётр Давыдов