02 декабря 2021 16:18

За прилавком места мало

Чтобы понять, почему на колхозном – или как его теперь? – рынке трудно купить сельхозпродукты с личного подворья, журналист попытался занять место по ту сторону прилавка.

В умирающей деревне Григорово на границе трех областей – Тверской, Вологодской и Новгородской, супруги Василий и Люба Кустовы живут исключительно личным подворьем. Чем только не занимались!

Племенных коров покупали, бычков откармливали, овец разводили, теперь картошку выращивают.

Выпросил я у них в долг бидон с молоком, мешок картошки, положил в торбу шмат сала и отправился в райцентр – продавать. Но на рынке – от ворот поворот. Это прежде для торговли молочной или мясной продукцией была необходима лишь справка о том, что у тебя есть корова, а качество продукта проверяли в лаборатории непосредственно на рынке.

Нынче требуют еще и письменное подтверждение ветеринара, что твоя буренка здорова, а также личную медицинскую книжку.

Медкнижку в волости оформить нельзя, а в районной поликлинике этот процесс занимает несколько дней. Стоит она не меньше четырехсот рублей, и делать ее необходимо дважды в год.

А представьте, что надо, чтобы коровьего доктора в деревню зазвать, дабы животину освидетельствовал.

Более половины всех сельхозпродуктов дает стране личное подворье. Но продать их хозяину с выгодой для себя – проблема.

В советские времена частники имели возможность сдавать продукцию на приемные пункты. Сейчас даже в относительно благополучном Псковском районе Псковской области осталось только три таких пункта, однако молоко туда приходится возить самостоятельно. А это накладно. Если ты безмашинный, дешевле вылить молоко на землю. В результате поголовье коров в одном только пригородном поселке им. Кирова за последние три года сократилось почти втрое. Причем если раньше это объясняли засухой и бескормицей, то нынче сокращение поголовья продолжается, несмотря на обилие кормов.

– Да мы бы коров держали, и соседи наши тоже, – говорит Люба Кустова. – Но ближайший закупочный пункт находится в селе Никола Вологодской области, молоко туда самому везти надо. Вот в Пестовском районе Новгородской области утром по деревням ездит автоцистерна, собирает молоко, а к нам никто ни разу не приехал.

Расплодившиеся в последнее время разнообразные закупочноперерабатывающе-кредитные организации, как правило, работают с крупными кооперативными или фермерскими хозяйствами. Частнику там просто выкручивают руки.

– Хлебозаготовители забирают у меня зерно по рублю и тут же продают по четыре, – рассказывает фермер Владимир Шведов.

– Как же так, ребята? Я целый год корячился – рубль заработал, а вы за час на нем три наварили. Смеются: «Не хочешь – не сдавай».

Но больше-то податься некуда.

Зубами скрипишь, а сдаешь.

Районные потребительские общества, которые могли бы взять на себя закупку и реализацию продукции с личного подворья, проигрывают перекупщикам вчистую.

Рассказывает председатель совета Богучарского райпо Воронежского облпотребсоюза Виктор Замчалов: – Хозяева подворий предпочитают иметь дело с перекупщиками не потому, что те дороже платят, цены у нас даже повыше.

Просто перекупщик свободен от волокиты с оформлением документов, он даже фамилию у хозяина не спрашивает. Приехал, забрал тушу, отдал деньги и распрощался. Мы же требуем справки о вакцинации животного, его состоянии на момент забоя, а заодно и документ из сельской администрации, подтверждающий, что выращены корова или бычок именно на данном подворье. А еще должны взять у хозяина паспортные данные и внести в налоговую карточку. Ее полагается заводить на каждого сдатчика и в течение года, помесячно, заносить туда все, что от него приняли и на какую сумму.

Сдала бабка ведро семечек или десяток яиц – тоже канцелярию разводи. Данные передаем в налоговую инспекцию. Зачем вся эта волокита, если согласно закону доход с приусадебного хозяйства налогом не облагается?

Бюрократический зуд дорого обходится. Жители боятся с нами сотрудничать, говорят: это, мол, сегодня налог не берут, а завтра по накопленным данным взыщут сразу за несколько лет. В итоге только по Богучарскому району около 2 тысяч тонн мяса уходит перекупщикам, не принося государству ни копейки дохода.

Сложился целый класс профессиональных перекупщиков. С одной из них, Марией Ивановной, я познакомился в городе Пестове Новгородской области. Она ездит по деревням и скупает мясо.

В мясном ряду у нее свое место.

«В среднем имею по 20 рублей с килограмма, – говорит она. – Но торговля идет по-разному. Летом, когда дачников много, хорошо.

Сейчас ни шатко ни валко, в день где-то в среднем на 2 тысячи продаю». По ее словам, перекупщики не жируют, а лишь сводят концы с концами.

Но это не так. Вырезка на рынке стоит 120 рублей за кг, грудинка – 75. А перекупщик все мясо берет за 75. Ноги – за 40. Ливер вообще бесплатно. Однако если живешь далеко от города и, чтобы привезти мясо на рынок, надо нанимать машину, все равно выгоднее отдать его на месте.

Картошку в основном тоже скупают перекупщики.

– Как-то они похвастались, что за сезон зарабатывают больше, чем мы с мужем за год. Обидно, конечно, но что делать. Городской рынок криминальный, разве сунешься? – поделилась наболевшим Люба Кустова.

А это как поглядеть... Рассказал ей о своих впечатлениях от Кузбасса, где был недавно в командировке. Там есть продовольственные рынки, которые народ окрестил губернаторскими. В выходные дни на них не протолкнуться, потому что цены здесь на 10 –15 процентов ниже, чем на других.

Администрация Кемеровской области заключает соглашения с фермерами, а главное – с хозяевами подворий. Сегодня в области 137 тысяч личных подсобных хозяйств производят 50 процентов молока, мяса, овощей.

Казалось бы, какая выгода крестьянину продавать продукцию дешевле, чем в других местах? А такая, что они торгуют здесь сами, без посредников, не опасаясь ни рэкета, ни давления со стороны рыночной мафии. У каждого продавца карточка с фамилией и названием хозяйства либо подворья. У директора рынка – прямая телефонная связь с губернатором, да и сам губернатор раз в неделю обязательно наведывается в эти торговые ряды.

Хороший опыт накоплен в Омской и Белгородской областях, Мордовии. Но на федеральном рынке они погоды не делают.

Там действует принцип: куда ветер дует.

– Хоть бы какой просвет дали, – говорит хозяин подворья из деревни Григорово Сандовского района Тверской области Василий Кустов. – А то ведь скоро на селе ни скота, ни птицы не останется.

Александр КАЛИНИН

Медицина в параличе

На депутатов Законодательного собрания Приморья с начала года обрушился шквал обращений из городов и районов по поводу нехватки средств в муниципальных бюджетах на обеспечение программы государственных гарантий по медицинскому обслуживанию населения.

На заседании комитета по бюджетно-налоговой политике и финансовым ресурсам ЗС депутаты высказали претензии в адрес Фонда обязательного медицинского страхования Приморского края. Тарифное соглашение из ФОМСа поступило в муниципалитеты 29 декабря 2005 года, когда их бюджеты уже были сверстаны и приняты.

С 2006 года ряд полномочий ФОМСа Приморья передан в муниципалитеты, а средства на эти цели в них не предусмотрены. На себя ФОМС берет только выплату зарплаты врачам, расходы на медицинские препараты и инвентарь, а также питание в стационарах.

По разным оценкам, муниципалитетам для выполнения программы госгарантий по медобслуживанию не хватает от 120 до 380 миллионов рублей. Председатель краевого ФОМСа Евгений Левашов сделал заявление, что деньги из госбюджета на эти цели начнут поступать уже в конце января. А также призвал муниципалитеты направить на медобслуживание средства, полученные от оказания платных услуг населению.

Елена ФИЛАРЕТОВА.

Дети поверили в чудеса

Лидеры молодежного движения «Волонтеры города Юности» в Комсомольске-на-Амуре подвели итоги новогодней благотворительной акции «Дети верят в чудеса!».

В течение предновогодней недели комсомольчанам и гостям города было предложено купить подарок комуто из маленьких сирот или ребятишек, оставшихся без попечения родителей.

В ходе акции было собрано 283 подарка. Активное участие в ней приняли городские торговые центры. Детям были переданы спортивные костюмы, пальто и даже дубленки. Подарки были вручены юным жителям Комсомольска-на-Амуре после новогоднего представления в городском Дворце культуры судостроителей.

Кирилл ЮРЬЕВ.
Комсомольск-на-Амуре

Инвалиды отпразднуют новоселье

В конце января в Рубцовске начнется заселение первого в Алтайском крае многоквартирного дома для инвалидов-колясочников. В кирпичном пятиэтажном здании очень удобной планировки 56 квартир. В доме четыре лифта, он оборудован пандусами, имеет просторные лестничные площадки и широкие дверные проемы, в которые свободно может пройти инвалидная коляска.

Проект здания разработали рубцовские архитекторы, а финансирование строительства велось в основном из федерального и краевого бюджетов. Стоимость дома составила около 50 миллионов рублей.

Жилье в этом доме будет предоставляться по решению городской комиссии только инвалидам– колясочникам без права собственности на него. В случае смерти инвалида здоровым членам семьи придется вернуться на прежнее место жительства, которое за ними сохранится.

Такие правила помогут избежать ситуации, когда новый дом в престижном микрорайоне через несколько лет окажется заселен совсем не теми людьми, для которых строился.

Анатолий ДМИТРИЕВ.
Барнаул

Помоги себе сам

Программа «Самообеспечение», направленная на преодоление бедности, разработана в Тюменской области.

Работу начали с обхода семей, которые значатся в различных базах данных как малообеспеченные. Как сообщила на заседании областного правительства директор департамента социального развития Ольга Кузнечевских, официально малоимущих граждан в области 210 тысяч человек (15,5 процента от общей численности населения).

Из них 23 процента составляют пенсионеры и инвалиды, не имеющие возможности работать и получающие от государства пенсии и пособия, а 40 процентов – дети. Остальные – вполне трудоспособные люди.

Была выявлена еще одна немаловажная особенность. Если в городах большую часть малообеспеченного населения составляют нетрудоспособные граждане, то на селе тех, кто может работать, но не в состоянии трудоустроиться, либо зарабатывает слишком мало,– около 70 процентов.

Мнения опрошенных разделились следующим образом: 28 процентов считают основной причиной этого отсутствие рабочих мест, 58 процентов – низкий уровень заработной платы и 13 – злоупотребление алкоголем.

Соцработники выявили, что только 26 процентов опрошенных семей в сельских районах не ведут подсобного хозяйства. Причем многие семьи, официально считающиеся малообеспеченными, владеют исправным автотранспортом.

И при соответствующей поддержке со временем вполне могут выйти на самообеспечение. Причем многие сами предлагают варианты преодоления бедности. Примерно 45 процентов из числа опрошенных хотели бы получить помощь на развитие личного подсобного хозяйства, чтобы с него и кормиться, 30 процентов нуждаются в помощи по трудоустройству.

Программа «Самообеспечение» предполагает различные способы повышения благосостояния. Межведомственные районные комиссии будут заключать с каждой семьей, желающей принять участие в программе, договор и разработают специально для нее план выхода из экономического тупика и безденежья. В этом документе будет указано, на какой срок, в каком объеме и на какие цели выделяется адресная социальная помощь.

В дальнейшем семьи тех, кто станет развивать личное подсобное хозяйство, при посредничестве органов муниципальной и региональной власти свяжут договорные отношения с предприятиями, готовыми брать на реализацию продукцию, выращенную на частном подворье. Для начинающих бизнесменов предусмотрены кредиты, консультационная помощь.

Еще одно направление – переобучение или повышение квалификации, чтобы увеличить шансы людей на трудоустройство. А как мера срочной помощи – временные и общественные работы.

Но в любом случае, для того чтобы вырваться из бедности, прежде всего необходимо желание самих людей, без собственных усилий изменить жизнь к лучшему вряд ли удастся.

Николай БОТАЛОВ,
соб. корр. «Гудка»
Тюмень

С безопасностью в больницах хуже, чем на дорогах

Каждому десятому пациенту в стационарах наносится вред, который может привести к серьезным осложнениям и даже к смерти.

От врачебных ошибок ежегодно умирают больше людей, чем погибают в ДТП.

Эти данные Всемирной организации здравоохранения касаются развитых стран. В России серьезные исследования не велись, но вряд ли уровень риска у нас ниже.

В наших СМИ тема врачебных ошибок подается обычно в жанре криминальной хроники – кто стал жертвой и по чьей вине. Так освещались и декабрьские события – история с ВИЧ-инфицированной кровью в Воронеже и суд над сотрудниками краснотурьинского роддома, из-за халатности которых скончались пятеро новорожденных. Но сводить проблему безопасности медицинской помощи к недобросовестности отдельных медиков – значит упрощать ее. Еще в 2002 году эта проблема по инициативе ВОЗ была переведена в разряд глобальных вызовов современности.

Недавно в Москве завершился конгресс Всемирного альянса за безопасность пациентов – организации, созданной по инициативе ВОЗ для исследования и предотвращения наиболее распространенных угроз, которым подвергаются больные. Вот что сообщил корреспонденту «Гудка» председатель альянса, глава медицинской службы Англии сэр Лиам Дональдсон: – Свыше 25 процентов медицинских ошибок связаны с лекарственной терапией. Врачи путают названия препаратов, прописывают неправильные дозы, не учитывают противопоказания и побочные эффекты. На 2-м месте – внутрибольничные инфекции (10 процентов).

Далее – ошибки в процессе хирургических вмешательств, и лишь за ними, вопреки распространенному заблуждению, – неправильный диагноз.

Вместе с тем сэр Лиам особо подчеркнул, что альянс, изучив положительный опыт транспортной отрасли, работа в которой тоже сопряжена с высокой степенью риска для здоровья человека, сделал следующий вывод: угроза безопасности пациентов исходит прежде всего от недостатков в структуре и организации медицинской помощи, а не от действий отдельных медиков или качества использующейся продукции. Большинство бед в медицине случается не по халатности или недостатку квалификации, а из-за скрытых пороков системы. В переводе с дипломатического языка на общедоступный это, видимо, должно означать, что Минздрав несет на себе не меньшую вину за медицинские трагедии, чем воронежские или краснотурьинские врачи.

Намерена ли Россия, как член ВОЗ, подключаться к выполнению программы альянса «Пациенты – за безопасность пациентов»?

Суть ее в том, что обычные граждане должны приобрести равные с медиками права в минимизации возникающих в ходе лечения рисков, для чего специалистами ВОЗ предложен длинный перечень мероприятий. В их число, например, входят регулярные опросы населения о качестве здравоохранения; масштабное медицинское просвещение; выпуск памяток для пациентов, позволяющих им контролировать действия врача; поддержка общественных организаций, отстаивающих права потребителей медицинских услуг; обеспечение доступа граждан к информации о наиболее распространенных врачебных ошибках и способах их предотвращения.

Минздрав хранит о программе молчание. Ни слова о ней не было сказано и на парламентских слушаниях – в декабре, посвященных правительственному проекту «Здоровье». Хотя и на форуме альянса, и в Думе докладчиком от Минздрава выступал один человек – замминистра Владимир Стародубов.

Хотелось бы ошибиться, но, видимо, указания учрежденного ВОЗ Альянса за безопасность пациентов руководители отечественного здравоохранения воспринимают на уровне того, как убежденный курильщик – предупреждение на сигаретной пачке.

Но для тех, кого вдохновляет опыт соотечественников, отстоявших свои права в Страсбургском суде, мы все же даем электронный адрес для медицинских жалоб мировому сообществу – patiensafety@ who.int. Туда же могут обращаться те, кто хотел бы принять участие в международном движении в борьбе пациентов за свои права.

Анна ТКАЧЕВА

    Комментарий

    Юлия Михайлова, профессор, директор ФГУ «ЦНИИ организации и информатизации Росздрава»:
    – Проблема врачебной ошибки – это проблема с очень многими воздействующими факторами, от политики в области охраны здоровья до того, вымоет или нет пол нянечка в больничной палате. Перед тем как перейти непосредственно к ее решению, нам предстоит научиться объективной констатации всех медицинских ошибок и изменить подходы к статистике, благодаря которой многие ошибки остаются вне поля зрения медиков, чиновников и общественности.
    Какие-то аспекты обеспечения безопасности пациентов, например замена плохого оборудования, потребуют дополнительных ресурсов. В других случаях полезнее могут оказаться контроль над качеством лечения и административное воздействие. Чтобы четко ранжировать, что у нас в сфере безопасности пациентов первостепенное, где нужны и не нужны вложения, необходимо проведение масштабных исследований. В России их по этой теме до сих пор практически не было.

    Александр Саверский, президент общественной организации «Лига защиты пациентов»:
    – Российское государство, объявив себя одновременно заказчиком, исполнителем и контролером медицинских программ, не может эффективно и объективно реагировать на запросы пациента. Все законы и нормативные акты, касающиеся работы здравоохранения, подготовлены и написаны без участия общественности. Мы имеем дело с системой, для которой пациент – чужеродный элемент, и она защищается от его претензий всеми способами, предпочитая не выносить свои ошибки на обозрение. Эксперты, оценивающие вред, причиненный пациенту, являются частью той же системы. Медики всегда могут договориться между собой, в частности, о проведении экспертиз качества лечения.
    Ввиду того, что очень много врачебных ошибок связано с лекарственной терапией, пациентам можно посоветовать сохранять все рецепты, документы, чеки оплаты лекарств, чтобы потом легче было доказать свою правоту. Не стесняйтесь просить врача, чтобы он давал свои указания в письменном виде.

Пн Вт Ср Чт Пт Сб Вс
    1 2 3 4 5
6 7 8 9 10 11 12
13 14 15 16 17 18 19
20 21 22 23 24 25 26
27 28 29 30 31