18 октября 2021 20:03

Юрий Шевчук: Меня награждают за мою героическую жизнь

Он – легенда русского рока, певец и композитор эпохи перемен и один из немногих исполнителей, кто в наше время собирает полные стадионы.

Но творчество кумира разных поколений не ограничивается музыкой. Юрий Шевчук снимается в кинофильмах, участвует в телевизионных проектах. О своей интересной жизни он рассказал «Гудку».

– Юрий, в свое время вы снимались в кино. Слышала, вы опять заинтересовались кинематографом.
– В этом году выйдет фильм режиссера Григория Никулина «Антонина обернулась» по сценарию Ивана Вырыпаева. Я там сыграл роль поэта, такого немного свихнувшегося. Меня часто приглашают на съемки, но я отказываюсь – многие сценарии мне не нравятся.

– А почему для фильма «Антонина обернулась» вы сделали исключение?
– Это некоммерческое кино, поэтому оно вряд ли будет в массовом прокате. Но этот фильм создан в лучших традициях питерской школы. Он о человеческих чувствах, о смысле жизни и ее ценности. Мне очень понравились и сценарий, и режиссер. Я с удовольствием принял участие в съемках и даже написал для фильма песню.

– Ваш новый герой отличается от предыдущего – бомжа-философа в фильме «Вовочка»?
– Фильм «Вовочка» я воспринимаю больше как участие в «Ералаше». Это хорошее семейное кино о жизни, о конфликте между детьми и взрослыми. О том, что взрослый мир не понимает 12-летнего пацана, который в сюжете главный. А я играл бомжа, жившего в сарайчике и наблюдавшего оттуда за миром, за суетой, за этой дракой за жизнь, за деньги. И вот к этому бомжу прибегает мальчик Вовочка, и только бомж его понимает...

– Как вы считаете, какие тенденции сейчас преобладают в кинематографе?
– Начинают снимать хорошие фильмы, и это меня очень радует. Если мне картина нравится, я стараюсь помочь привлечь к ней зрителей. На Украине я продвигал фильмы «Остров», «Живой» и еще несколько хороших работ, рекламировал их, призывал людей посмотреть.

– Сейчас на канале «ТВ-Центр» показывают мультсериал «История государства Российского», созданный на основе одноименного труда знаменитого русского историка Н.Карамзина. Вы там читаете закадровый текст. Как вы себя ощущаете в этом качестве?
– Мне приятно, что современное телевидение может не только развращать наш многострадальный народ, но и просвещать его. Ведь телевидение – это инструмент, и очень мощный. Он может убить человека, лишить его мозга, сердца (и так далее), а может прибавить что-то, например знаний, души, благодаря хорошим картинам, музыке и так далее. Вот за это я и стою. Интеллигентская традиция – это просвещение, ведь многие у нас в стране не знают даже, кто такой Рюрик. Я сразу согласился на этот проект, потому что понимаю: это очень нужно людям. По ходу дела и сам все исторические даты вспомнил.

– Бытует мнение, что трактовка истории Карамзиным достаточно спорная?
– Кому не нравится, может почитать других авторов. К «Истории государства Российского» нужно относиться, как и к «Повестям временных лет». Там тоже все достаточно туманно, но, как и произведение Карамзина, это литературный и исторический памятник, пусть даже спорный. Я имел честь разговаривать об этом еще с Дмитрием Лихачевым.

– Это не первая ваша работа, связанная с историей?
– Нет, предыдущий проект «Свобода по-русски» создавался к 100-летию Государственной думы. Но его нигде не показывали: все центральные каналы нам отказали. Хотя там был очень простой и нормальный разговор о демократии. Фильм начинался с Новгородского вече и заканчивался нашими днями. Было собрано много разных мнений: о том, была ли демократия в России, о попытках прогрессивных царей провести реформы. Изучалась и анализировалась история многих европейских парламентов, сравнивалась их работа с деятельностью 1-й Российской Государственной думы. Результат – 10 серий серьезной, огромной исторической работы, от которой телевидение наотрез отказалось. По-моему, многих просто пугает слово «демократия».

– Что вам ближе – монархизм или демократия?
– Я придумал формулу, которая могла бы стать любимой всем нашим многострадальным народом. Даже идеальный политический строй придумал – это абсолютная анархия при абсолютной монархии.

– Скоро у вас полувековой юбилей, как собираетесь его отметить? Новым альбомом, ролью?
– Я не идиот – выпускать к юбилею какие-то альбомы. И в Кремле праздновать тоже не собираюсь. Скорее всего, смоюсь от вас от всех – а куда и с кем, не скажу. С хорошими людьми хоть в подвале, хоть на крыше – везде хорошо.
Тем не менее новую пластинку мы все-таки записали, работали над ней полгода. Альбом называется «Прекрасная любовь». Это не рок, а лирические песни под гитару.

– Говорят, у вас много наград?
– Меня награждают буквально каждый месяц – за мою героическую жизнь. Когда придет время хоронить, понадобится много подушечек – будет что сфотографировать.

Беседовала
Алена СМИРНОВА

Руки ценой в миллион

PIANOMANIЯ Дмитрия Маликова очаровала Москву.

От выпускника консерватории Дмитрия Маликова слушатели давно ожидали возвращения в классическое русло, и вот наконец свершилось. 12, 13 и 14 апреля в Московском театре оперетты столичная публика наслаждалась его новой программой – потрясающим инструментальным шоу PIANOMANIЯ. И если до этого кто-нибудь сомневался в «серьезных» способностях музыканта, то теперь уж точно оставит свой скепсис в прошлом, потому что очевидно: Маликов – не только талантливый поп-исполнитель, но, безусловно, одаренный композитор и виртуозный пианист.

PIANOMANIЯ – очень красивое и захватывающее шоу, которое слушаешь и смотришь на одном дыхании. Хрустальный рояль искрится в свете прожекторов, словно драгоценный камень невиданных размеров, а Дмитрий повелевает клавишами так, что понимаешь: звучит сама Душа. Сольные партии Маликова гармонично переплетаются с современными электронными аранжировками и этническими мотивами разных народов мира. Со сцены звучит авторская музыка Маликова и его обработки популярных песен и классики: «Танец рыцарей» Сергея Прокофьева, «На Тихорецкую...» Микаэла Таривердиева, Dancing Quenn легендарной ABBA… В шоу полно сюрпризов, к примеру, Маликов подготовил оригинальные дуэты с известными музыкантами – саксофонистом Игорем Бутманом и балалаечником Алексеем Архиповским. Ритмичный рисунок концертным номерам PIANOMANIЯ придают то зажигательные ирландские танцы, то страстное фламенко.

Удивительное действо замечательно дополняют и видеоинсталляции, проецирующиеся на большие экраны: завораживающие танцы дельфинов, далекие бескрайние степи, «пируэты» первых летательных аппаратов, безумный городской траффик… Живое звучание инструментов (спасибо Академическому камерному оркестру Musica Viva), игра света, необыкновенные декорации – все это наполняет зал дивной энергетикой и создает у зрителя романтическое настроение. В какой-то момент начинаешь ловить себя на мысли: «Лишь бы шоу не кончалось, лишь бы не было тишины!..»

Инструментальная музыка Дмитрия Маликова – особое явление в музыкальной жизни страны. Как певец он успел снискать популярность у миллионов слушателей. За его плечами 20 лет работы на профессиональной сцене, звание заслуженного артиста России, более сотни популярных песен, награжденных престижными премиями – от международной World Music Awards до народного «Золотого граммофона». По словам самого артиста, ему как выпускнику Московской государственной консерватории, окончившему факультет игры на фортепиано (причем с отличием), давно уже тесно в узком жанре песни. Хочется Большой Музыки. «Конечно, с поп-сцены я не ухожу. Но сегодня я хочу играть гораздо больше, чем петь… Свое будущее вижу именно как пианист», – рассказал «Гудку» музыкант. Возможно, именно поэтому Дмитрий недавно застраховал свои руки на 1 миллион евро.

По замыслу музыканта и его единомышленников, PIANOMANIЯ – это больше, чем просто музыкальная феерия. Это целое Движение. Настоящая культурная инициатива с огромным потенциалом, которая призвана помогать воспитанию музыкального вкуса у подрастающего поколения, развитию лучших традиций филармонических концертов в России, духовному возрождению нашего общества. В этом году PIANOMANIЯ была официально признана социально значимым проектом для Москвы.

Мария КОЧНЕВА

«Маска» обрела лица

Розданы «Золотые маски» – главные театральные награды России.

Завершился тринадцатый национальный театральный фестиваль «Золотая маска», вручены премии – венецианские маски в масштабе один к одному и маленькие нагрудные значки из золота и бриллиантов, единственная материальная ценность на этой и без того высокорепутационной премии. По общему мнению, жюри в этом году мирно раздало всем сестрам по серьгам, хотя без «буканья» и шиканья совсем не обошлось. Главная битва разыгралась вокруг главной номинации – лучший драматический спектакль большой формы. Боролись петербургский «Лир» Льва Додина и московский «Мнимый больной» Сергея Женовача.

Большинство членов жюри нашли «Лира» спектаклем глубоко формальным, лишенным глубоких и живых шекспировских страстей в их сценическом выражении, а прозаическую читку (хороший, заметим, авторский перевод дочери режиссера Дины Додиной) сочли чрезмерно высокопарной, напыщенной и подавляющей. Петр Семак, ради роли сумасшедшего Лира с начала репетиций зримо постаревший на несколько десятков лет, удостоен спецприза жюри. «Мнимый больной» на фоне оставшихся номинантов действительно выглядел фаворитом, хотя при прочих равных я бы отдала спецприз жюри, «утешающий» проигравший спектакль, Александру Абдулову за роль МакМерфи в ленкомовском спектакле «Затмение» по «Пролетая над гнездом кукушки». В абдуловском МакМерфи нет специальной актерской позы, есть немыслимая, неоцененная страсть к свободе, пусть ценой жизни. Его МакМерфи в бейсболке набекрень – вечный мальчик в морщинках на лице и старых джинсах, с колодой карт и бутылкой в кармане, выживает в психушке самого строгого режима – эта модель поведения, по-моему, важнее для нас, чем последствия капризов слепого в самолюбовании властителя-отца. И сыграно сильнее, прожито вширь, с тонким, неформальным вчувствованием темы. Но Ленком, выходит, обойти можно, а МДТ Додина – нет.

Награждение «Новацией» спектакля «Кетцаль» театра «Дерево» считаю глубоко справедливым – спектакль у этой команды не лучший, но по совокупности вклада в развитие жанра «физического театра» в России премия вовремя нашла адресата.

Мария Миронова в «Федре» Жолдака – да, да, ура! Это лучшая работа актрисы на сегодня, глубочайшее проникновение в природу трагедии, ее постижение прямо на наших глазах в процессе спектакля. Режиссер получил свою награду в награде актрисы, сумев так потрясающе раскрыть ее талант. «Федра» остается в репертуаре Театра Наций в следующем сезоне, руководство во главе с Евгением Мироновым не хочет терять спектакль, полностью соответствующий формальным и эстетическим принципам открытой сценической площадки, – проектная работа (лучшие актеры из разных театров, авангардная постановка, готовая к экспорту и презентации российского театрального авангарда).

Мерзкий Иудушка Порфирий Головлев принес Евгению Миронову приз за лучшую мужскую роль в драме. Кропотливая работа души актера над ролью капает на зрителя каждую минуту спектакля, оплетает липкой паутиной лжи, тихой мерзости и лицемерия. Моль с талантами вампира – Иудушка Миронова проступает в зрительской памяти тем больше, чем дальше спектакль – вблизи видна только часть большого серого облака, что он создает Иудушкой.

За лучшую работу художника в драме «Маски» посмертно удостоен Давид Боровский, перед уходом оформивший спектакли-номинанты этого года – «Затмение» Ленкома и «Лира» МДТ. Можно сказать без натяжки, что спектакли получили свои «Маски» так, в невероятной печали, ибо Давид Боровский был атлантом, на котором держалась большая часть театрального свода. Спецприз критики достался «Рассказу о семи повешенных» Миндаугаса Карбаускиса (Театр Олега Табакова) – притче по рассказу Леонида Андреева, повествующей о ночи семи заговорщиков перед казнью. В свете многочисленных арестов участников «Маршей несогласных» и геометрического увеличения количества водометов на улицах Москвы в ожидании этих несогласных рассказ Андреева неожиданно приобрел острое звучание.

Саша МАСЛОВА

За пятьдесят лет до конца света

Новый фильм Дэнни Бойла вдохнул жизнь в фантастический жанр.

«Пекло» – абсолютно неправильный перевод названия ленты «Sunshine» и по смыслу, и по сути фильма. У англичанина Бойла, автора «На игле» и «28 дней спустя», получился не адский триллер или боевик про жару, а глубокий философский фильм. Стартовавшую в День космонавтики ленту можно без натяжек ставить на одну лестницу, хоть и на ступеньку ниже, с «Солярисом» Тарковского и «Одиссеей-2001» Кубрика.

На первый взгляд сюжет незатейлив: на Земле к 2057 году наступает конец света в самом непереносном и невыносимом смысле – остывающее Солнце больше не может согревать нас. Мир погружен в серый сумрак отказавшегося наступать рассвета. Человечество, долго толкавшее само себя на край пропасти, гибнет от причин нечеловеческого, космического масштаба. Последний шанс рода людского – проект «Икар». Огромный корабль должен отправить в потухающую термоядерную топку светила новое топливо – радиоактивные и расщепляющиеся вещества, добытые на Земле. Все атомные и ядерные бомбы слились в одну астробомбу. «Икар-1» не достиг цели, посему на экипаж «Икара-2» легла вся ответственность. От восьми человек – инженеров, пилотов, ученых – зависит, жить всем людям или умереть.

Прозорливому зрителю с первых кадров понятно, что они справятся, но не смогут вернуться домой, выполнив миссию. Однако дальше все догадки – дело пустое. Режиссер погружает нас в обычные, лишенные всякого пафоса будни экипажа; протаскивает через ситуации, когда привычная человечность несовместима с жизнью всего человечества, заставляет задуматься о Боге и божественной сущности человека. На фоне слепящего Солнца и в правдивых антуражах космического корабля перед нами разворачивается психологическая драма, перетекающая в философскую притчу, в которой каждый найдет истину по вере своей. Фильм настолько многослоен, что, вскрывая пласт за пластом, зритель невольно начинает думать: по плечу ли человеку ноша судьбы всех людей? Как груз ответственности становится соблазном гордыни и отравой власти? Снова сияющее Солнце в «Пекле» – это победа разума над энтропией или милость Бога, принявшего в жертву все адское оружие человека? В любом случае «Пекло» дарит нам надежду, что умная фантастика вернется на киноэкраны, а не угаснет, оставив нам холодные компьютерные эффекты.

Алекс АЛЕХИН

Предчувствие неотвратимой скуки

На экраны вышел новый триллер с Сандрой Баллок, посвященный дезориентации во времени.

Скоро для того, чтобы обозвать фильм триллером, будет достаточно заунывной музыки, крупных планов напряженных лиц героев и резких мельканий чего-либо на экране, которые станут будить нас, уснувших в уютных креслах современных кинотеатров. Насколько это предположение правдиво – рассудит только время, которое, если верить создателям новоявленного триллера «Предчувствие», может быть совсем не линейным, а скакать туда-сюда.

Главная героиня фильма – домохозяйка Линда Хансон (Сандра Баллок) получает известие о гибели своего мужа Джима (Джулиан Макмейхон), а на следующий день обнаруживается, что на самом деле он жив-здоров. Более того, она узнает об этом в четверг, а на следующий день на дворе почему-то понедельник, и все течет так, как будто четверг еще не наступал. На следующий день – уже суббота, похороны, соболезнования родственников и полная неразбериха в голове Линды.

Коронная фраза, характеризующая фильм: «Что-то не так…» Действительно, не так, потому что зрители это понимают примерно после получаса просмотра. Линда все еще пытается разобраться, что происходит, а мы уже знаем, что именно не так. Первое «не так» – то, что картина не имеет ничего общего с триллерами. Это скорее затянутая и нудная мелодрама. Второе «не так» – явное отсутствие предположения создателей, что у зрителей могут быть мозги, поскольку не понять, что происходит, может только грудной младенец, не овладевший второй сигнальной системой. Третье «не так» обнаруживается ближе к концу картины, когда главная героиня идет к священнику за советом, а он (как всегда, впрочем) начинает рассказывать про веру-надежду-любовь. Тут у нас появляются вера и надежда, что фильм скоро кончится, все будет хорошо и все «не так» исчезнут.

Но все не так просто. Благодаря последним тридцати минутам картина превращается из вяло развивающейся мелодрамы с примесью мистики в сплошное морализаторство. Картину сразу пытаются сравнить с «Днем Сурка», но это сравнение совершенно неуместно. Как ни странно, фильм скорее напоминает «Знаки» Шьямалана, но не по нагнетанию обстановки, а по маразматичности морального посыла: мол, верь, надейся, и все будет хорошо. Наплевать, что при этом тебе будет плохо, человек, которого ты любишь, погибнет, ты, главное, верь. Линда не спасет мужа, потому что у нее и так все есть, а именно – вера и надежда. И мини-проповедь священника была вовсе не о том, что женщина может изменить свою судьбу, а о том, что с судьбой надлежит смириться, поскольку именно в этом и заключается смысл веры. Но в отличие от «Предчувствия» «Знаки» хотя бы можно было смотреть. Ну, скажем, большую часть, чтобы избежать разочарования. Но режиссер Меннан Япо не Шьямалан и саспенс нагнетать не умеет. Вот мы и вынуждены смотреть скучное кино с сомнительной моралью.

Яна ДЫЛДИНА

Пн Вт Ср Чт Пт Сб Вс
        1 2 3
4 5 6 7 8 9 10
11 12 13 14 15 16 17
18 19 20 21 22 23 24
25 26 27 28 29 30 31