18 июня 2021 04:41

Гиперболоид времени

Встречи и расставания на станции Луговая стали лейтмотивом популярного фильма

Фильм режиссёра Никиты Курихина (совместно с Леонидом Менакером) «Не забудь… станция Луговая», в одночасье сделавший в 1966 году неприметную станцию савёловского направления знаменитой, рассказывает о любви и о войне. О бомбёжках, теплушках, воинских эшелонах, очередях за супом, случайной встрече… О всяких полевых-луговых цветах, которым и бомбёжка не помеха.
Стоянка на случайной станции. Привокзальный буфет. И внезапное узнавание буфетчицы: «Лейтенант? Рябов?» Тут-то и выясняется, что поезд привёз героя прямиком на двадцать лет назад, в прошлое, в 1942 год, когда воинский эшелон и состав с эвакуированными столь же случайно одновременно оказались на этой подмосковной платформе. «Не забудь, станция Луговая!» – кричала Люся вслед увозящему солдат на фронт эшелону. Он на 20 лет забыл. Теперь – вспомнил.

Картин Курихина, через два года после премьеры «Луговой» погибшего в автокатастрофе, известно не много, но они успели запомниться. Особенно «Последний дюйм» (1958 год) по одноимённому рассказу Джеймса Олдриджа. Следя за перипетиями сюжета, раненым отцом-лётчиком и сыном, вынужденным вместо него сесть за штурвал самолёта, взрослые зрители с трудом сдерживали слезу. А мальчишки потом ещё долго героически выпячивали грудь, представляя себя на месте героя фильма, и небрежно напевали: «Тяжёлым басом звенит фугас, ударил фонтан огня… Какое мне дело до всех до вас? А вам до меня!..»

Конечно, достоинства режиссёра, находящегося где-то за кадром, меркнут для зрителя перед обаянием актёра. Особенно любимого. Особенно с такой улыбкой, как у Георгия Юматова. Так что при воспоминании о фильме «Не забудь… станция Луговая» перед глазами вставали поезда, война и улыбка молодого лейтенанта. В 1942 году он был зачислен юнгой на торпедный катер, принимал участие в освобождении Будапешта, Бухареста, Вены, где отличился в рукопашной схватке за Имперский мост. Был ранен, контужен, но, словно в кино, выходил из всех передряг, не потеряв ни грамма отваги и сохранив свою обезоруживающую улыбку, от которой столько поклонниц теряли голову.

После Победы обаятельного морячка, упорно носившего форму, потому что «больше нечего было надеть», приметил снимавший тогда «Весну» Григорий Александров и пригласил на крошечную роль помощника гримера с единственным словом: «Разрешите?» Позже, вспоминая этот случай, Александров говорил, что более элегантно и тактично в кино не попадал никто: «Даже разрешения спросил!» Впечатлившись столь безупречным исполнением эпизода, мэтр отвёл дебютанта к другому мэтру – Сергею Герасимову, набиравшему свой первый курс во ВГИКе. Тот послушал морячка, посмотрел на него и резюмировал: «Мне его учить нечему. Самородок», – и сам привёл молодого человека в Театр киноактёра, где его сразу ввели в спектакль. А дальше пошло, поехало, покатилось по рельсам времени: «Молодая гвардия», «Повесть о настоящем человеке», головокружительная слава, около 75 фильмов, и дальше, дальше, дальше…

Время торопится, несётся вскачь, но наш поезд, пожалуй, постоит ещё на станции Луговая, которой тоже есть что вспомнить.

В микрорайоне Луговая стоит ажурная сетчатая башня – одна из первых в мире гиперболоидных конструкций инженера Владимира Шухова. Родная её сестра – Шуховская башня на Шаболовке, чьё изображение долгие годы было эмблемой советского телевидения. Через её передатчики в марте 1939 года начались регулярные телетрансляции. Всё изменилось с тех пор, но, словно в напоминание о родстве, по ТВ изредка крутят старый фильм «Не забудь… станция Луговая».

Место это появилось на карте ровно сто лет назад – в 1913 году, когда на участке Качалкинской казённой дачи по инициативе профессора Василия Вильямса начинает формироваться учебно-показательное луговое хозяйство и при нём – посёлок Качалкино. Хозяйство, постепенно переименовываясь и преобразуясь, к 1930 году превратилось во ВНИИ кормов. В следующем десятилетии к востоку от платформы (существующей примерно с 1918 года) возникает основная часть дачного посёлка Луговая.

В конце ноября 1941 года немецкие войска заняли находящийся неподалеку посёлок Красная Поляна, и для них открылся прямой путь на Москву. По окрестностям Луговой тогда пролегла передняя линия фронта. Ценой многих жизней наступление было остановлено. В память об этом у железнодорожной насыпи при подъезде к платформе установлен монумент «Последний окоп», а слева от переезда – памятник советскому воину. Примерно в 500 метрах в каждую сторону от платформы сохранились останки бетонных железнодорожных мостов, взорванных в 40-х годах… Несмотря на прошедшие годы, забыть о войне жителям Луговой, как и лейтенанту Рябову, не удаётся: в 1990-х в болотах, окружающих реку Учу на северной окраине микрорайона, был обнаружен сохранившийся с тех времён танк. Впрочем, боевые машины интересующиеся могут посмотреть и не рискуя завязнуть в болоте: неподалёку, возле деревни Шолохово, расположен музейно-мемориальный комплекс «История танка Т-34».

Луговая в 1976 году вошла в состав Лобни – города из 10 микрорайонов, с населением более 75000 человек, находящемуся в 15 километрах от МКАД, – но своих характерных особенностей не потеряла. Здесь по-прежнему дачи, луга и ВНИИ кормов имени В.Р. Вильямса, на территории которого стоит гиперболоидная водонапорная башня Шухова. Сейчас в России из 200 уникальных сооружений гениального инженера осталось только семь.

В общем, если вам взбредёт оказаться в месте, сохранившем одновременно память о войне, покой старых дач, зелень лугов, а заодно и поглядеть на воплощение гениальной инженерной мысли, не забудьте – станция Луговая!

Мария Анисимова

Пн Вт Ср Чт Пт Сб Вс
      1 2 3 4
5 6 7 8 9 10 11
12 13 14 15 16 17 18
19 20 21 22 23 24 25
26 27 28 29 30 31