20 октября 2021 19:46

Новые взгляды на старые факты

Алексей Макаркин, ведущий аналитик Центра политических технологий: «Прошлое никто не переписывает. Просто каждый раз с приходом новой власти наиболее верной признается точка зрения, которая прежде существовала как неофициальная»
Прошлое никто не переписывает. Просто каждый раз с приходом новой власти наиболее верной признается точка зрения, которая прежде существовала как неофициальная.

Алексей Макаркин, ведущий аналитик Центра политических технологий:

– Я очень плохо отношусь к понятию «пересмотр истории». Например, нельзя воспринимать как пересмотр украинской истории реабилитацию бандитствовавших по лесам бандеровцев.

Насчет Прибалтики можно спорить – была ли советская оккупация или аннексия, но в любом случае происходившее мало напоминало освобождение. После начала Второй мировой войны, в 1939 – 1940 годах, СССР вынудил власти Эстонии, Латвии и Литвы сначала заключить договоры о взаимопомощи, затем «пригласить» советские войска. И большинство русских, которые там живут сейчас, это понимают, но не готовы признать, потому что чувствуют обиду и притеснения современных властей стран Балтии. Дети там сегодня отвечают за родителей.

Конечно, политический момент, желание переиграть итоги Второй мировой войны в Европе присутствуют. Но я бы отметил разность менталитетов. У европейцев к войнам, к оккупации совершенно другое отношение, чем у нас в России.

На Западе веками земли переходили из рук в руки – сегодня это немецкая область, завтра – французская, потом – голландская. И у простых людей выработался менталитет невмешательства: с оккупантами не сотрудничают, но и в сопротивлении не участвуют. Там запросто могли присягнуть чужому королю или Наполеону, который во время походов по Европе практически не встречал сопротивления, как, впрочем, и гитлеровцы. Это уже после победы вдруг оказалось, что во Франции чуть ли не все носили в портмоне портреты Де Голля и участвовали в Сопротивлении: кто-то по ночам слушал английское радио, кто-то игнорировал приветствие немецкого офицера на улице.

В России из-за её удалённости пришествие чужих войск всегда воспринималось иначе: либо участвуешь в сопротивлении, либо – пособник и предатель. В русской истории был только один тщательно замалчиваемый ныне момент, когда часть знати в смутном 1612 году присягнула польскому королю Владиславу. Но и тогда народ воспринимал ситуацию иначе – крещёный татарин Минин с князем Пожарским собрали мощнейшее ополчение. А ровно два века спустя русские крепостные вместе с угнетателями-дворянами партизанили по лесам против армии Наполеона.

Во время Великой Отечественной войны сопричастность ощущали все, даже в Сибири. Мы потеряли в войне 27 миллионов человек. Наверное, поэтому нашему обществу трудно адекватно оценить и принять некоторые факты войны. Например, заградительные отряды НКВД за спиной войск или расстрел польских военнослужащих в Катыни. В 1944 году комиссия под председательством знаменитого нейрохирурга Николая Бурденко (в составе также были писатель Алексей Толстой и православный митрополит Николай) приписала это преступление немцам. Уже давно доказано, что официальная советская версия Катыни была выдвинута с целью скрыть преступления сталинского режима, но многие в российском обществе по-прежнему отказываются в это поверить.

В США после войны Севера и Юга потребовалось 20 лет, чтобы общество пришло к консенсусу в оценке событий
Прошедший ХХ век был самым трагичным в истории нашей страны. Войны внешние сопровождались войнами внутренними. Коммунисты с 1918 года в больших количествах уничтожали население. Очевидно, что разговоры о десятках миллионов погибших в сталинских лагерях – явное преувеличение. Равно как не соответствует действительности оценка в десятки-сотни тысяч жертв того периода. Истина, как всегда, посредине.

С другой стороны, утопическими выглядят теории представить провальным весь советский период. Как можно вычеркнуть нашу Победу? Полёты Гагарина и Терешковой? И стандарты жизни людей тоже с годами повышались: на смену коммуналкам пришли отдельные квартиры, появилась возможность покупать личные машины.

Время всё расставляет в истории по местам.

В США в ХIХ веке, после Гражданской войны Севера и Юга, потребовалось 20 лет, чтобы общество пришло к национальному консенсусу в оценке событий.

В Европе тоже по поводу событий ХХ века найдены согласованные позиции. Например, есть понимание, что коммунизм – это плохо, что зафиксировано в прошлогодней резолюции ПАСЕ. Даже европейские социал-демократы поддерживают либерализм как теорию человеческой свободы. Да и у нас в России подвижки есть. Приверженцы КПРФ уже не отторгают «власовский» (как они ранее утверждали) триколор. А либералы научились вставать под музыку «сталинского» гимна Александрова.
Общество, очевидно, продвигается в сторону исторического гражданского примирения.


Пн Вт Ср Чт Пт Сб Вс
          1 2
3 4 5 6 7 8 9
10 11 12 13 14 15 16
17 18 19 20 21 22 23
24 25 26 27 28 29 30
31