03 декабря 2021 03:47

Художник от станка

Слесарь пассажирского вагонного депо Омск Анатолий Манжелей устраняет неполадки в оборудовании станков <br /> с такой же лёгкостью, с какой рисует пейзажи и портреты

Слесарь пассажирского вагонного депо Омск Анатолий Манжелей устраняет неполадки в оборудовании станков <br />
с такой же лёгкостью, с какой рисует пейзажи и портреты. «Он механизмы насквозь видит», – сказал первый сослуживец Манжелея. «Он знает всё на свете», – заметил второй.
Слесарь пассажирского вагонного депо Омск Анатолий Манжелей устраняет неполадки в оборудовании станков
с такой же лёгкостью, с какой рисует пейзажи и портреты


Днём Анатолий Манжелей порой работает кувалдой, а вечером меняет её на кисть
«Он механизмы насквозь видит», – сказал первый сослуживец Манжелея. «Он знает всё на свете», – заметил второй. «У него есть третий глаз», – полушёпотом сообщил третий. «Когда-то он руководил механосборочным цехом на секретном танковом заводе», – добавил четвёртый. Пятый припомнил, что способности Манжелея простираются гораздо дальше производственной необходимости: он рисует, чеканит, изготавливает золотые украшения и при этом делает всё настолько добросовестно, что преподаватели местного института сервиса подчас ставят его в пример студентам худграфа. Из этих противоречивых сведений я заключил, что слесарь Анатолий Манжелей – человек далеко не ординарный.


Боксёр-инженер

Ещё в отрочестве одноклассники Толи Манжелея отмечали за ним очень болезненную для тех, кто относился к ней легкомысленно, особенность: он никогда не задирался, но, если его доставали, кулаком бил, точно лошадь копытом. Эта обстоятельность при отстаивании собственных интересов в деловых дворовых спорах не ускользнула от зоркого глаза тренера по боксу, что пришёл в школу набирать себе будущих чемпионов. Боксом Толя Манжелей в результате занимался 10 лет и, как теперь считает, больше приобрёл, чем потерял. Приобрёл звание мастера спорта международного класса, потерял всего два или три зуба.

Помимо бокса, Манжелея влекла ещё и техника. Он мог часами сидеть над каким- нибудь сложным механизмом, изучать его устройство, разбирать, собирать, присовокуплять что-нибудь своё или, наоборот, убирать, «но так, чтоб всё равно работало». Поэтому после окончания школы долго не колебался, подав документы в Омский политехнический институт. Через пять лет он был дипломированным инженером, молодым, полным энергии и задора. Он вообще всегда был весёлым и жизнерадостным, что особо приветствовалось в хмурых цехах секретного танкового завода «Омсктрансмаш», где в год выпускалось до тысячи тяжёлых военных машин. Попав туда на практику, Толя Манжелей так проникся всей сложностью науки танкостроения, что после окончания вуза не раздумывая принял предложение руководства завода поступить сюда на службу. Покинул завод Манжелей уже Анатолием Антоновичем, человеком заслуженным, в звании главного инженера механосборочного цеха, где трудились более трёх с половиной тысяч человек. Случилось это в начале девяностых, когда на завод перестали поступать заказы, а потребность в деньгах, несмотря на обещания партийных начальников времен юности Манжелея, не исчезла, а, напротив, очень чувствительно давала о себе знать. Страна разваливалась на глазах, идеалы рушились. «Единственным местом на всей земле, где сохранились в то время стабильность и дисциплина, к которым я привык, была железная дорога, – вспоминает Анатолий Манжелей. – Посоветовал сосед. Говорит, иди к нам, у нас и работа, и заработок приличный. В общем, воспользовался я советом и устроился в пассажирское вагонное депо». Механики такого высокого уровня на железной дороге всегда ценились, а потому Манжелею для начала предложили должность бригадира с гарантией карьерного роста. Манжелей отказался. А отказался из-за своего второго увлечения, на которое, как он полагал, у него просто не осталось бы времени…


Слесарь-художник

Кроме бокса и техники, Толя Манжелей в юности пристрастился и к изящным искусствам. Всю свою сознательную жизнь он что-то творил: рисовал, выпиливал, чеканил, лепил… И когда он шествовал со штангенциркулем мимо тысяч металлорежущих станков в громадном цехе, где собиралась ходовая танка, мысль его нет-нет да и скользила в крамолу. То ему представлялось, как было бы хорошо, если разрисовать эту стену в стиле Сикейроса, с той же монументальностью и обилием человеческих лиц, жёстких, но по-своему красивых, а тот чудовищных размеров станок вообще достоин размещения на полотне Дали, а вон та уборщица – вылитая кустодиевская купчиха… Окончив заочно художественно-графическое отделение Омского педагогического института, Анатолий Манжелей оставил у преподавателей о себе мнение, как о человеке, безусловно, талантливом и способном на многое. Вот это многое он и стал воплощать в свободные от работы и сна часы. Рисовал пейзажи, портреты, натюрморты, раздаривая плоды творчества друзьям, потому что в доме в скором времени уже не осталось свободного места. Старший сын, для которого папа всегда был образцом для подражания, пошёл по стопам отца. После окончания школы получил звание мастера спорта по боксу и поступил на худграф, возглавив впоследствии солидную дизайнерскую фирму.

В результате человек с двумя высшими образованиями Анатолий Манжелей сознательно стал простым слесарем цеха по ремонту и наладке станочного оборудования пассажирского вагонного депо Омск. Он очень быстро заслужил уважение у коллег и начальства за свой верный глаз и чутье, которое его никогда не подводило. Простой пример. Сломался станок в колёсном цехе. Приходил сначала электрик, замерял что-то, сказал, что всё в порядке. Следом приходили ещё специалисты, чего-то покрутили, но станок как не работал, так и не работал. Позвали тогда Манжелея. Тот походил-походил вокруг, туда-сюда заглянул и поставил точный диагноз: погнулась ось «флажков». Стали проверять, действительно, прав оказался Манжелей. «Или другой пример, – вспоминает инженер техотдела Омского отделения ЗСЖД Николай Герасимов. – К нам поступил импортный станок для обточки колёсных пар. На нём работал опытный специалист. Но как он ни пытался вывести профиль, ничего не получалось. Наконец он взмолился, говорит: «Сил нет терпеть, не могу я на этой иноземной машине работать, что-то с ней не то». Позвали Манжелея. Тот долго морщил лоб, чесал подбородок, потом поменял масляные фильтры. Машина заработала как надо. С тех пор жалоб на неё не поступало».

Живёт себе и работает в своё удовольствие в ставшем уже родным пассажирском вагонном депо слесарь Манжелей. Днём устраняет проблемы в станочном оборудовании, вечером пастелью выводит очертания городских улиц, которые он любит рисовать больше всего. Почему их? Потому что каждая куда-то ведёт. Потому что ты, как и в жизни, можешь выбрать любую дорогу. Манжелей 17 лет назад выбрал железную. И ни разу с тех пор не пожалел.

Валерий Филоненко,
соб. корр. «Гудка»
Омск


Пн Вт Ср Чт Пт Сб Вс
          1 2
3 4 5 6 7 8 9
10 11 12 13 14 15 16
17 18 19 20 21 22 23
24 25 26 27 28 29 30
31