20 октября 2021 22:39

Наказание воспитанием

Проблему подростковой преступности способна решить ювенальная юстиция

Нодари Хананашвили, вице-президент Национальной ассоциации благотворительных организаций: «Несмотря на рекомендации ООН принять законы о юстиции для несовершеннолетних (ювенальной), прозвучавшие еще 8 лет назад,  Россия к ним так и не прислушалась»
Проблему подростковой преступности способна решить ювенальная юстиция

Нодари Хананашвили, вице-президент Национальной ассоциации благотворительных организаций
Несмотря на рекомендации ООН принять законы о юстиции для несовершеннолетних (ювенальной), прозвучавшие еще 8 лет назад, Россия к ним так и не прислушалась. О том, что мешает развитию этого института, читателям «Гудка» рассказал один из авторов законопроектов о ювенальной юстиции.

– Нодари Лотариевич, в чем принципиальное отличие ювенальной юстиции от традиционной?
– Ювенальная юстиция – особая система правосудия для несовершеннолетних. В ее основе лежит доктрина, согласно которой государство ведет себя как попечитель или ответственное лицо за несовершеннолетних, помогая им в трудной жизненной ситуации, для того чтобы они вернулись в общество.
Специализированные судебные институты, которые рассматривали дела с участием несовершеннолетних, родились более ста лет назад, в 1899 году, сначала в Соединенных Штатах, а сегодня это уже практически всеобщая, широко распространенная мировая практика.

– Разве недостаточно отдельной правовой базы для несовершеннолетних, которую суды сегодня и используют?
– В Уголовно-процессуальном кодексе (УПК) предусмотрен целый раздел норм и процедур, которые должны быть применены к ребенку, совершившему уголовное правонарушение. Однако сегодня возникает очень много ситуаций, когда ребенок нуждается в защите на значительно ранней стадии. Например, когда он лишается жилья из-за расплывчатых формулировок закона или непонимания судьями норм права.
Что касается УПК, то его нормы не предусматривают возможности участия в процессе социального работника как самостоятельной процессуальной фигуры, которая бы в судебном процессе предоставляла информацию о ребенке. А одно из основных положений конвенции, которую Россия ратифицировала еще в 1990 году, гласит, что ребенок имеет право на особую защиту и помощь, предоставляемую государством.
Кроме того, ювенальная юстиция предлагает судье более широкий спектр возможных решений, а не только реальное или условное лишение свободы.

Сегодня в России для наказания подростков используют только лишение свободы
– Что может быть в этом случае альтернативой? Отдать на поруки, как практиковалось раньше?
– Сегодня законодательством предусмотрено шесть видов наказания для детей. Однако используется, как правило, только реальное или условное лишение свободы. В хорошо развитых зарубежных судебных системах используют другие методы. Мы в экспериментальном порядке их использовали, когда работали с Черемушкинским судом. Например, двум подросткам, сломавшим двери парадного, судья по предложению социального работника избрал в качестве наказания их ремонт. У ребят таким образом появилась возможность загладить вред, причиненный обществу. При этом отец одного из подростков, помогавший в ремонте, понял, что нужно почаще общаться с сыном.

– В каком состоянии находится законопроект о введении ювенальных судов, который прошел первое чтение в Госдуме еще в 2002 году?
– Существует целый пакет законопроектов по ювенальной юстиции, который был разработан еще в конце 90-х годов.
Законопроект, о котором вы говорите, был принят подавляющим числом голосов. Он устанавливает, что специализированные суды для подростков должны существовать в рамках системы судов общей юрисдикции и рассматривать дела по широкому кругу вопросов – гражданские, административные, уголовные. Чтобы в ситуациях, когда ребенок может подвергаться опасности или риску потери своих прав, мы могли бы его защищать вовремя. Причем дела эти должны рассматриваться специализированным судебным составом только в той части, которая касается несовершеннолетнего.
Однако закон не прошел согласование в государственно-правовом управлении администрации президента. Оттуда пришло отрицательное заключение. И с тех пор в течение ряда лет мы самыми разнообразными способами пытались добиться его принятия, но безуспешно.

– Возможно, как это часто бывает, законопроект «завис» по финансовым причинам?
– В заключении есть такая сноска. Но это лукавство. Согласно финансово-экономическому расчету, которое делал судебный департамент, стоимость введения социальных работников при судах в год составляет порядка 500 млн руб. По нынешним временам для государства это мизерная сумма. Нам предлагали сузить сферу рассматриваемых дел только до уголовных, однако мы уверены, что это неверно.

– Тем не менее в стране в экспериментальном порядке работает несколько ювенальных судов. Что показывает их опыт?
– За достаточно короткий промежуток времени в этих районах заметно снизился уровень преступности по целому ряду показателей, характерных для правонарушений несовершеннолетних: угон автотранспорта, хранение наркотиков без цели сбыта. Например, за последние 5 лет, пока в Ростовской области работает специализированный суд, в сфере его юрисдикции почти в пять раз сократилось количество повторных преступлений, то есть с 20% до 4,5%. Это абсолютно ясный показатель эффективности специализированного суда, ведь именно повторные преступления, как правило, и приводят к лишению подростка свободы.

– В таком случае ювенальную юстицию можно развивать и без законодательной базы?
– Сейчас суды работают в ранге правового эксперимента. Для развития специализированных институтов по всей стране нужны системные меры, а значит, и законодательная база. Эксперимент не может длиться вечно. Нужно публично подвести его итоги и принимать политическое решение.

Елена Кудрявцева


Пн Вт Ср Чт Пт Сб Вс
      1 2 3 4
5 6 7 8 9 10 11
12 13 14 15 16 17 18
19 20 21 22 23 24 25
26 27 28 29 30