27 октября 2021 07:17

Эти глаза не солгут

И над Полярным кругом восходит солнце надежды

Евгений Попов, писатель: «Лет тридцать назад я летел на самолете из Мурманска в Москву, любуясь бесчисленными дивными «голубыми глазами озер», и вдруг увидел, как по тоненькой нитке рельсового пути упрямо прорывается куда-то сквозь скалы и леса игрушечный поезд»
И над Полярным кругом восходит солнце надежды

А почему бы не улыбаться машинисту депо Кандалакша Алексею Сараеву, если жизнь на «Мурманке» ему нравится
Евгений Попов, писатель

Лет тридцать назад я летел на самолете из Мурманска в Москву, любуясь бесчисленными дивными «голубыми глазами озер», и вдруг увидел, как по тоненькой нитке рельсового пути упрямо прорывается куда-то сквозь скалы и леса игрушечный поезд. Потом я узнал, что это была та самая легендарная «Мурманка», как ласково именуют в обыденной речи нашу самую северную железнодорожную трассу. Как живут сегодня люди на «Мурманке», что о жизни думают, зачем работают на железной дороге? Об этом рассказал мне недавно на станции Апатиты один из лучших машинистов локомотивного депо Кандалакша Алексей Анатольевич Сараев.


Случайность как осознанная необходимость

– А ведь я в железнодорожники попал, можно считать, случайно, – признался мне этот статный, голубоглазый северянин, которому никак не дашь приближающегося «полтинника», работающий на дороге с 14 августа 1979 года, то есть уже более двадцати восьми лет. – Я и родился-то не здесь, а в Боровичах Новгородской области, откуда мой батюшка Анатолий Константинович и матушка Елизавета Васильевна перебрались в 1958-м по оргнабору строить Апатитовый комбинат и станцию. Сначала жили они в вагончике, вот прямо здесь, на месте нынешнего тринадцатого пути.

Но рожать меня матушка поехала все-таки на родину, так что, с одной стороны, я формально не местный, а с другой – вся жизнь здесь прошла. За исключением двух лет срочной службы в морской пехоте на Северном флоте. Отец у меня составителем поездов работал, мать – разнорабочей в строительной организации при железной дороге. А я летчиком с детства мечтал стать, все о летном училище грезил. Да забраковала меня медкомиссия ввиду большого количества переломов, полученных во времена бурной, мягко говоря, юности. Там поскользнулся, там упал – все по стройкам лазали.

После службы дортехшколу окончил в Питере, семь месяцев на помощника учился, потом – на машиниста. У меня наставник был замечательный – Василий Степанович Приходько, он сейчас на пенсии. Это Василий Степанович из меня человека сделал, все твердил: «Учись, Леша, учись!» Я и учился. Что бы без «Мурманки» делал, даже и не знаю, не представляю. Времена-то разные были, сами знаете, одно время производство совсем стало, люди бежали отсюда, дома продавали. Железная дорога все только и держала. И жена моя, Сараева Надежда Тихоновна, на дороге работает, оператором по станции Апатиты.


Взрослые дети

Дети у нас уже взрослые, но избрали, как говорится, свою стезю. Сын Денис у меня, как бы это поточнее сказать, артистом работает. Есть такой город Димитровград в Ульяновской области, он там в драматическом театре служит, оканчивает Ярославский театральный институт. Ему двадцать семь, всякие профессии пробовал, в Питерском инженерно-экономическом учился, но все не его. Он ведь с детства в драмкружке занимался при бывшем Доме пионеров. Нравилось ему, даже на гастролях с Домом пионеров побывал в Швеции, Норвегии.

А тут мы приехали в Димитровград в отпуск (у меня жена оттуда родом, в Ульяновске железнодорожное училище окончила), там требовались артисты, он пошел на прослушивание, и его взяли. Мало того, направили учиться в театральный. Он теперь и работает, и учится. В водевилях играет каких-то американских, английских, в одном спектакле получил роль сына полицая, который на самом деле был за советскую власть. Скоро диплом будет защищать. Зарплата, конечно, две с половиной тысячи, зато учится бесплатно, хотя в Ярославском театральном год обучения стоит шестьдесят – восемьдесят тысяч.

А вот дочь Марина занимается в филиале Петрозаводского госуниверситета по специальности «Экономика». У нас ведь в Апатитах много сейчас вузовских филиалов – из Москвы, Питера, Петрозаводска, плюс медицинское училище, Кировский горно-химический техникум, ПТУ, и это очень привлекает молодежь не только из Мурманской области. Хотя высшее образование у нас в основном платное, но цены гораздо ниже, чем в столицах: год обучения Марины, например, стоит всего сорок тысяч, и цена эта высокая, но божеская. А преподаватели в наших вузах очень сильные, потому что в городе несколько научно-исследовательских институтов Академии наук, много видных специалистов.

Вот молодежь и едет сюда, где и работа есть, и возможность получить качественное образование. Правильный лозунг по дороге к Кировску висит: «Союз науки и производства – путь к успеху». От такой человеческой политики, думаю, и численность населения в городе растет, и рождаемость, кстати, тоже пошла вверх. Совсем недавно многие детские сады были закрыты, их пустили под магазины, склады, а теперь в детсадах мест не хватает, очереди образовались, новая проблема возникла.

И я боюсь это говорить, но, может, действительно какая-то стабильность образуется мало-помалу? А то ведь в девяностые как люди считали? Куда рожать, нищету плодить? Сейчас даже улицы преобразились что у нас, что рядом, в Кировске. Строительство жилья возобновилось, дома ухоженные, скверики облагородили… Бассейн не хуже, чем в Европе. И это в Заполярье! Люди потихонечку присматриваются и понимают: на что-то можно надеяться.


Бытие определяет сознание

А что касается меня, то прижился я как-то на железной дороге и больше никуда не хочу. Во-первых, зарплата стабильная. И когда настали все эти, так сказать, перемены и везде были заморочки с деньгами, людям зарплату годами не выплачивали, у нас такого никогда и в помине не было. Железная дорога все перестройки и препятствия выдержала. А сейчас – тем более. Соцпакет шикарный, сто процентов. И больничный, и оплачиваемый отпуск, и профсоюзные путевки, и бесплатный проезд. Ну вот, например, наш санаторий «Ивушка» в поселке Лоо, двадцать один километр от Сочи, где шестнадцать дней пребывания обходятся железнодорожнику всего в девять тысяч рублей. И это с лечением. К Черному морю, конечно, определенный ажиотаж, зато в санатории Ленинградской, Псковской областей всегда есть свободные путевки.

Или реабилитация для локомотивных бригад. Десять дней расслабляешься, а тебе по среднему платят. Профсоюз в депо очень мощный, во главе с Игорем Ивановичем Яновичем. Он, кстати, профорг неосвобожденный, тоже машинистом работает. Не знаю, в других местах зарплаты, может быть, и больше, чем у нас, но ведь обдерет платная медицина трудящегося как липку, случись что.

Сейчас у нас еще система ведомственной негосударственной пенсии создана, и мы имеем возможность подумать о будущей старости, чтобы потом локти не кусать. Но лично я буду работать на «железке», пока сил хватит и здоровье позволит. Хотя льготная пенсия ожидает меня всего через полтора года – в пятьдесят.


А сознание определяет бытие

Работать буду, потому что нравится мне здесь все: и сама работа, когда состав веду, даже запах шпал. Каждый раз едешь и каждый раз все новое. Не то, что на станке годами одну и ту же деталь точишь или в одной и той же конторе сидишь. А тут движение! Красота!

Без происшествий, конечно, тоже не обходится, тем более учитывая нашу северную специфику. Однажды в дикую лавину попал. Ехал из Кировска, и на пути белая жуть с Хибин упала метров в пять высотой. Одно мгновение – и завалило дорогу, света белого не видно, пришлось применять экстренное торможение. Слава Богу, с рельсов не сошли, хотя электровоз все же помяла эта силища.

Но хуже всего, когда наезды. Я их все до одного помню, хотя все – не по моей вине, иначе я бы тут с вами не разговаривал… Вот недавно человек погиб, и ведь сам того захотел – бросился под тепловоз. Я тут ни при чем, а все равно – ужас, все равно картина жуткая до сих пор в глазах стоит.

Ну да ладно, не будем о печальном. Жить надо, не умирать. Говорю же: попал на железную дорогу случайно, а счастлив – навсегда.


P.S. Я, конечно, понимаю, что умный мой собеседник заезжему столичному литератору лишнего ничего не скажет, но и подозревать его в «лакировке действительности» не смею. Однако я ведь тоже непрост и кое-что из сказанного им проверил, а кое-что видел сам. Например, шествие мамаш с колясками по улицам города. Или новенькие автомобили все на тех же улицах, вряд ли принадлежащие одним только местным богатеям. Разумеется, живем мы не на облаке, и в Апатитах, как и во всей России, полным-полно проблем. Которые, к сожалению и увы, являются общими для нашей огромной страны. Однако вглядитесь повнимательнее в лицо простого рабочего человека А.А.Сараева, который, избегая обобщений, говорил в основном о себе, о СВОИХ, о родной «Мурманке», и убедитесь вместе со мной: эти глаза не солгут.

Апатиты – Москва
Фото автора


Пн Вт Ср Чт Пт Сб Вс
      1 2 3 4
5 6 7 8 9 10 11
12 13 14 15 16 17 18
19 20 21 22 23 24 25
26 27 28 29 30