09 декабря 2021 06:50

Летописец русского рока

Артемий Троицкий никогда свободою не поступался

Двадцать лет назад в Великобритании в продаже появилась книга Артемия Троицкого Back in the USSR. В России и на русском она вышла уже в разгар перемен, в 91-м, слегка переименованной: «Рок в СССР». А на днях в Москве состоялась презентация ее дополненного переиздания под оригинальным  (английским) названием.
Артемий Троицкий никогда свободою не поступался

Артемий Троицкий знает, чем отличается наш рокер от прочих
Двадцать лет назад в Великобритании в продаже появилась книга Артемия Троицкого Back in the USSR. В России и на русском она вышла уже в разгар перемен, в 91-м, слегка переименованной: «Рок в СССР». А на днях в Москве состоялась презентация ее дополненного переиздания под оригинальным (английским) названием.

Пришедшие на презентацию узнали, что Артемий Кивович отказался быть «вручантом» премии MTV Russia Music Awards-2007 «За лучший рок-проект»: рок и проект – вещи несовместимые. Ну и наконец по поводу «Нашего радио» критик заметил: эфир станции – даже не русский рок, а какой-то мелкий «крайне убогий» формат внутри него.

– Артемий Кивович, вы по-прежнему считаете, что в России подавляется инакомыслие?
– Я считаю, что подавление инакомыслия, или, по-другому, установление единомыслия – процесс обоюдный. То, что это происходит, несомненно. Другое дело, что я не склонен винить в этом только власти. Власти и большинство населения идут рука об руку. Что нужно власти, то у нас нужно и народу. Как в коммунистические времена: народ и партия едины. Насколько мне известно, всякие люди, которые единомыслию не подчиняются, у большинства моих сограждан вызывают определенное раздражение.
А мое же инакомыслие, вообще говоря, подавить невозможно. Я большую часть своей сознательной жизни прожил в Советском Союзе, тем не менее я мыслил всегда так, как хотел, и жил так, как хотел. Единственное неудобство в то время: я, конечно, с большим удовольствием побывал бы тогда на разных зарубежных рок-концертах, но возможности такой мне не давали. Сейчас я, как и всегда, и говорю, и делаю все, что мне нравится. Но при этом точно знаю: меня вряд ли, к примеру, позовут вести какие-либо телепрограммы. Там люди в курсе: я человек мало контролируемый и никогда не поступающийся своей свободой. В определенные, достаточно лакомые сферы наших средств массовой информации мне путь заказан. А сказать, что кто-то как-то подавляет меня, не могу, это было бы враньем.
– Когда вас как авторитетного музыкального критика какие-нибудь телевизионщики привлекают в качестве эксперта, а потом в программе появляется ваше мнение, то это часто высказывание, из которого вырезано «все лишнее»?
– Я бы мог, конечно, занять упертую принципиальную позицию, сказать, например, что я готов выступать исключительно в прямом эфире, а все мои интервью должны проходить согласование. Но для этого надо быть очень пассионарным человеком, в том числе и в отношении к самому себе. Но я к себе отношусь абсолютно равнодушно, и, в общем-то, мне более или менее плевать на то, какой у меня имидж. Я знаю прекрасно, что мои высказывания в публикуемых интервью, а также на радио и на телевидении редактируют, купируют, приводят в соответствие с тем, что более или менее безопасно. Жаловаться на это я не хочу и не собираюсь.
– Артемий Кивович, чем русский рокер по сути отличается от рокера англо-американского?
– Об этом идет речь в книге. Я написал еще двадцать лет назад (и, кстати, не ошибся), что разными были изначальные мотивации западного рока и русского рока. На Западе этот мотив – это конфликт «секс – христианство». А в России – «человек – тоталитарное государство». Поэтому наш рок всегда был более сформулированным, чем западный, более, в плане текстов, интеллектуальным. Западный же – веселее, сексуальнее, драйвовее. Сравните Элвиса Пресли и Мика Джаггера, с одной стороны, и Бориса Гребенщикова и Андрея Макаревича ? с другой. Два мира – два детства.
– Все-таки, что по сути человека Макаревича от человека Джаггера отличает?
– Как пел то ли Джон, то ли Йоко, «если раздеть президента Никсона и председателя Мао догола, то можно увидеть, что они мало друг от друга отличаются». И Джаггер, и Макаревич любят выпить, потусоваться, прихватить с собой малознакомую девушку. Кстати, я Макаревича с Джаггером, был такой случай, и познакомил. Об этом рассказывается в одной из книг Андрея Вадимовича. Так вот, по-человечески между ними, по-моему, нет большой разницы. Есть существенные культурные, музыкальные, художественные отличия.
– А также огромная разница имеется и в уровне их доходов, не так ли?
– Так было во времена, когда наши рокеры вообще не зарабатывали денег, а всякие «битлы» и «роллинги» были уже мультимиллионерами. Что касается сегодняшних реалий, то если доходы и не сравнялись, то это уже вполне сопоставимые цифры. Западные рокеры выс­шего уровня зарабатывают $10 – 20 млн в год. Думаю, наши ребята, Гребенщиков, Макаревич и так далее, зарабатывают всего на порядок меньше.
– На данном этапе вы пишете журналистские тексты потому, что не можете не писать или ради заработка?
– Проблема в том, что сейчас я пишу очень мало. Более того, практически не пишу. Процентов девяносто публикаций последних лет, имеющих ко мне отношение, – это интервью со мной же, а не какой-то сформулированный придуманный авторский текст. Одно время я много писал на свой веб-сайт «Диверсант-дейли». Потом это занятие мне надоело. В общем-то, я разлюбил писать вообще. Деньги же свои я зарабатываю другими способами: устраиваю концерты, преподаю в двух университетах, у меня есть рекорд-лейбл, радиопрограмма... Ни одно из них не является супердоходным, но в совокупности они дают мне вполне сносные средства к существованию.
– В одной из последних ваших колонок в издаваемом на русском языке журнале Rolling Stone вы написали, что вам очень нравится Вологда. Чуть ли не земной рай находится в этом городе. Почему вы там до сих пор не живете?
– Мне нравится во многих местах: и в Вологде, и в Лондоне, и на Сейшельских островах, и в Буэнос-Айресе. Есть масса мест, в которых мне нравится гораздо больше, чем в Москве. Но работать я могу только тут. Пока я активен, рулю и двигаю рычагами, моей рабочей кабиной остается Москва.
Беседовал
Владислав Корнейчук


Пн Вт Ср Чт Пт Сб Вс
1 2 3 4 5 6 7
8 9 10 11 12 13 14
15 16 17 18 19 20 21
22 23 24 25 26 27 28
29 30 31