28 июля 2021 07:32

Ведро шампанского

Их семейный стаж на дорогах Смоленщины 219 лет

Их семейный стаж на дорогах Смоленщины 219 лет

Вместо погранвойск, хора Пятницкого и сферы финансов судьба подарила им железную дорогу
Святослав Михайлович Федоров, машинист, сейчас председатель профкома локомотивного депо Смоленск и нынешний глава одной из самых известных железнодорожных династий, – человек не резкий, а просто очень самостоятельный. И про династии не кокетничает – встретиться с корреспондентом «Гудка» уговаривали долго, чуть ли не всем Смоленском.

– Династии… Все это ерунда… Вы лучше напишите, что машинистам нужна реабилитация, как летчикам. Чтобы из сорока двух дней отпуска в обязательном порядке машинист двенадцать дней проводил в санатории. Все эти наши однодневные реабилитационные центры мало что дают. Сейчас по медицинским показаниям кого в основном списывают? Сорока-сорокапятилетних… Золотой фонд. Кто остается? Им еще ездить и ездить, чтобы машинистом стать. А династии… Это так, игрушки…

Святослав Михайлович вообще не собирался по железнодорожным стопам прадедов, дедов и отцов идти – пограничником хотел стать, экзамены в училище сдал. Сидят они, юные абитуриенты, в казарме, ждут решения комиссии. И вдруг стало ему противно.

Вот подъезжает такой же мальчонка в машине с сержантом-водителем, тоже соискатель и спрашивает: «У тебя кто отец?» «Составитель поездов»,– отвечает Святослав. «А-а… А у меня полковник, с начальником училища на одном курсе учились». Таких детей полковников Федоров насчитал столько, что для остальных вроде и мест нет. Пришел с рапортом к начальнику. Тот: «Что такое, почему не ждешь результатов?» А Федоров: «Товарищ полковник, вот этот и этот пройдут?» Начальник молчит многозначительно. «Ну так чего ждать?»

И пошел Федоров тоже по родственным связям – к маминому брату и собственному дяде поездному диспетчеру Анатолию Симоненкову. У Анатолия Павловича, прошедшего войну артиллеристом, рука была перебита в трех местах – вот и работал диспетчером. Племянник же сразу понял, если уж судьба все-таки на дорогу привела – то только машинистом. А кем еще?

Общий стаж династии Симоненковых – Федоровых – 219 лет. Прадед председателя профкома – Илья Федорович Симоненков – был еще при царе путевым рабочим на станции Энгельгардовская недалеко от Смоленска.

– А знаете, почему Энгельгардовская называется? Помещик местный Энгельгард, когда в 1866 году открыли Рижско-Орловскую дорогу, территорию своего поместья, по которой дорога пролегла, отдал безвозмездно, – и Святослав Михайлович сворачивает из семейной в смоленскую историю: и про композитора Глинку, и про партизан 1812 года, и про Великую Отечественную, и про Александра Трифоновича Твардовского. И все с датами, именами-отчествами и непопулярными подробностями.

В Смоленске вообще почти все – историки-патриоты родных мест. Земля такая – богатая на события. Но такие познания не у каждого экскурсовода встретишь. И не только оттого, что и дед Павел Ильич, и мама Зоя Павловна несколько десятилетий служили на станции Починок. Дед – стрелочником, Зоя Павловна – кассиром. А станция Починок – это как раз там, где и Глинка неоднократно бывал, и автор «Василия Теркина» недалеко родился. Даже стихотворение у Твардовского есть, посвященное родной станции.

Зоя Павловна не так давно скончалась, а Михаил Петрович Федоров – тот самый непрестижный папа-составитель, сам в преклонных годах хозяйство в деревне ведет. Кстати, из составителей ушел уже в очень неюном возрасте. А составитель, сами понимаете, – не чай в теплой конторе пить.

Федорова звали на административную работу в отделение дороги. Отказался. Местное общество даже на жену Тамару грешило: «Что ты его отговариваешь?» Тамара Ивановна хмыкает: «Я ни отговорить, ни уговорить его не могу. Он сам все решает».
– Просто, – объясняет Тамара Ивановна, – я ж его знаю – не по его это характеру. Он же все по-своему должен делать.
А в отделении свои правила – это не электровоз.

Тамара Федорова – местная знаменитость. По профессии – повар, по работе – старший кладовщик в депо, а по призванию – певица. У нее в училище железнодорожном прозвище было – Зыкина. Недавно телевидение приезжало – передача «Играй, гармонь» – снимать таланты из народа. Депо, естественно, Тамару выставило. Редактор Тамару забраковала: «Что вы мне профессионалов подсовываете, мне самородки нужны, а не выпускники Гнесинки».

А с Людмилой Зыкиной Тамара Ивановна общалась. Еще когда на повара училась, поехала с девочками на какой-то смотр художественной самодеятельности в Москву. Народная певица начинающих железнодорожниц заметила, в буфете с ними об искусстве поговорила, а время спустя пришел на Тамару Ивановну и еще одну девочку вызов из самого хора Пятницкого.

– Почему не поехали?
– Отец не пустил. Я ж деревенская, из Брянской области. Нравы патриархальные. Отец сказал – какая артистка? Да еще в Москве… Вот и осталась на повара дальше учиться.

– Жалеете?
– Судьба…

В этой своенравной и независимой семье почему-то часто произносят слово «судьба».

По той же судьбе дочь Елена тоже оказалась на железной дороге. Родители вообще-то этого не хотели. Почему? Не хотели, и все. И финансист Лена от судьбы бегала. Но, видимо, неуютно ей было. Так что, можно сказать, в депо напросилась. Работает уже 4 года. Ведущий инженер по труду и заработной плате цеха эксплуатации. Раньше по вечерам все с папой сидела, разбиралась в железнодорожных нюансах. Теперь разбирается в нюансах материнства – полгода назад появилась дочка Саша. Муж у Лены тоже железнодорожник. Да не простой, а работает на восстановительном поезде. Это – элита, дорожное МЧС.

– Тамара Ивановна, на пенсию из-за внучки ушли?
– Не только. У нас сокращения идут. Омолаживание. Мне неудобно, что я, пенсионерка, работаю.

– Святослав Михайлович, в чем основные заботы председателя профкома? Жилье?
– У нас за три года никто не был уволен по сокращению. Людей защищаем. Но и вседозволенность нельзя допускать. Нарушения тоже разные бывают. Если случайность – надо за человека бороться. А если он знает, что надо на промежуточной станции вылезти, осмотреть локомотив, и не вылезает, потому что на улице холодно и дождь, – за такие вещи наказывать, и сильно. Это ж транспорт – здесь разгильдяйство опасно.

Святослав был первостатейным машинистом. И международные составы водил и, как машинист-инструктор, начальником передовой комсомольской колонны 10 лет был. 10 лет колонна без единого штрафа и нарушения ходила. Самые, кстати, счастливые годы машиниста Федорова.

А когда начинал, редко зарплату целиком домой приносил. Все время какие-то штрафы, взыскания. Это к тому, что опыт в машинистском деле – вещь чуть ли не первостатейная. К тому, что нельзя все машинистские обязанности взваливать на здоровые плечи молодых. Организм мастеров беречь надо. Это все опять про реабилитацию и санатории. Федоров знает, что говорит – профсоюзная организация депо Смоленск при нем становилась дважды победителем по Московской дороге и третьей по сети.
– А мечта у меня, – говорит Святослав, – купить ведро шампанского и пить его кружкой…

Шампанское в этой семье любят «Абрау-Дюрсо» и малознакомое в средней полосе «Мускатное» из крымского совхоза «Золотая балка».

Вкусы такие гусарские развились, когда в августе 1998 года их семья отдыхала в любимом Крыму. Если кто забыл – в августе 98-го с долларом и рублем удивительные вещи происходили. И вот нежданно оказались они со своими чуть раньше обмененными долларами на Украине почти миллионерами: шампанское с осетриной шло по цене пива с таранькой. Пока на пляже в Мисхоре с видом на Ай-Петри лежали – «Мускатное» в ванной с проточной водой охлаждалось, осетрина в холодильнике сочилась… Просто рай какой-то.

Вита Смелякова,
спец. корр. «Гудка»
Смоленск

Пн Вт Ср Чт Пт Сб Вс
      1 2 3 4
5 6 7 8 9 10 11
12 13 14 15 16 17 18
19 20 21 22 23 24 25
26 27 28 29 30 31