25 октября 2021 10:51

Без единого закона

Алексей Митрофанов, депутат Государственной думы РФ: «Последние 4 года ЛДПР, как и КПРФ, и «Родина», фактически находилась в политической изоляции. Присутствовала она в Госдуме или отсутствовала – это абсолютно ни на что не влияло»
Алексей Митрофанов, депутат Государственной думы РФ: Из фракции, которая ничего не решает, нужно бежать. А в партию власти или оппозицию – уже неважно.

– Почему вы ушли из ЛДПР?
– Последние 4 года ЛДПР, как и КПРФ, и «Родина», фактически находилась в политической изоляции. Присутствовала она в Госдуме или отсутствовала – это абсолютно ни на что не влияло. Мы не сумели провести ни одного закона, ни одной поправки в бюджет, не имели ни одного поста председателя комитета. Когда ты не можешь повлиять на политический процесс, все решения принимаются независимо от твоего мнения, то и смысл работы в Думе теряется. Естественно, возник вопрос: «Что я делаю в ЛДПР?» Я хочу продолжить полноценную политическую деятельность. А для этого есть только два пути: идти в правящую партию и через нее пробивать законопроекты, либо попытаться создать вторую, равновеликую партию, которая сможет претендовать на какое-то влияние.

– Вам предлагали место в «Единой России»?
– Это уже построенная партия, в которой новым людям трудно найти место.

– Вы не ответили на вопрос, было ли предложение. Тогда попробуем так: вы бы приняли его, если бы оно поступило?
Мы вместе сидели, как дураки, и собачились, поскольку не могли найти себе лучшего применения
– Это зависит от того, что бы предложили. Если бы они сказали: мы тебя берем, но эти твои идеи нам не годятся, тех законопроектов мы не допустим, а вот такие-то – ничего, интересны, работай, есть шанс, что пройдут, – тогда был бы смысл над предложением подумать и, наверное, принять. Но подобного разговора не было.

– Какой бы вы хотели или не хотели видеть Думу будущего созыва?
– Пусть в Думу пройдут не 4 партии, как сейчас, а две, но вторая окажется конкурентоспособной. Ну, хотя бы получит возможность блокировать конституционные законы. Это уже будет площадкой для серьезного торга с партией власти. Если она не сможет провести поправки в закон о правительстве без поддержки второй партии – появится простор для законотворческой работы. Тогда меньшая партия сможет сказать: хорошо, мы поддержим ваш закон, но в ответ вы должны принять наши поправки в бюджет. Это и борьба, и дискуссия, и поиск компромисса.

– Как вы попали к «эсерам»?
– Эта партия распахнула двери и позвала: заходите. О том, насколько широко они распахнуты, говорит и мой пример. Я окажусь в этой партии вместе с бывшими идеологическими противниками. Но и Светлана Горячева, и Лена Драпеко прекрасно понимают, каким монстром была Дума прошлого созыва. И в стремлении изменить ситуацию они – мои союзники. Мы вместе сидели, как дураки, и собачились, поскольку не могли найти себе лучшего применения.

– Как относятся к «перебежчику» в стане бывших однопартийцев?
– Кто как. Большинство – с пониманием. Некоторые – с обидой, как Владимир Вольфович. Только ведь речь не обо мне, а о партии, которая за 4 года не добилась ничего. Вождь упорно не хочет обсуждать эту тему и искать выход.

– В 1999 году две партии власти поборолись перед выборами, а после них взяли да объединились. Возможен ли такой вариант теперь?
– Если они объединятся, то у нас будет однопартийная система, казахстанский вариант. Это нежелательно и, я думаю, невозможно потому, что весь смысл создания «Справедливой России» в том, чтобы как раз избежать однопартийности. А пока у нас странная система в виде возвышающейся над всеми «елки» и каких-то политических клубов вокруг, где очень известные политические комментаторы делают свои пояснения к решениям, которые приняли без них.

– Будут ли до декабря еще громкие переходы из одной партию в другую?
– Громче моего не будет, это точно.

Беседовал Михаил Павлов


Пн Вт Ср Чт Пт Сб Вс
          1 2
3 4 5 6 7 8 9
10 11 12 13 14 15 16
17 18 19 20 21 22 23
24 25 26 27 28 29 30