20 октября 2021 23:37

Третьим будет

Власть и элита ищут способ сохранения политической преемственности. Выборы в парламент – важный, но не главный элемент в этой стратегии – так оценивает ситуацию генеральный директор Центра политической конъюнктуры России Михаил Виноградов.
Власть и элита ищут способ сохранения политической преемственности. Выборы в парламент – важный, но не главный элемент в этой стратегии – так оценивает ситуацию генеральный директор Центра политической конъюнктуры России Михаил Виноградов.

– Михаил Юрьевич, как вы оцениваете подготовку партий к декабрьским выборам в Госдуму?
– До выборов осталось не так много времени, а интерес избирателей к ним по-прежнему ограничен. Выборы и перспективы перемен вызывают у людей больше страха, чем надежды. Политические партии не собираются заставлять полюбить себя. Элита больше озабочена сценарием преемственности власти, нежели заботой о голосах избирателей.
Таких сценариев обсуждается несколько. Как главное направление просматривается желание выстроить систему ограничителей, которые бы сузили возможности маневра нового президента. В принципе не исключается вариант, при котором новая Госдума проведет конституционную реформу, откажется от прямых выборов президента, полномочия главы государства сократятся, и на этот пост придет некая нейтральная фигура. Вероятность такого сценария, на мой взгляд, не более 10%.
Парламенту в деле преемственности отводится не главная роль. Потому и накала борьбы не видно. Старых партий становится меньше, новые не появляются. Со стороны «Гражданской силы» и «Яблока», в меньшей степени – СПС пока видна лишь имитация предвыборной кампании.
А над «Справедливой Россией», похоже, висит какое-то политическое проклятие: она выдвигает идеи, вызывающие горячую поддержку у избирателей, но этот факт странным образом никак не добавляет популярности самой партии. Так, например, инициативы спикера г-на Миронова по разрыву отношений с Эстонией и третьему сроку Владимира Путина поддерживали более 50% населения. Но это не привело к повышению рейтинга ни самого Сергея Миронова, ни руководимой им «Справедливой России». К тому же партия эсеров не может определиться, на кого она будет делать ставку, – будет ли она зазывать в свои ряды мэров (губернаторов уже разобрала «Единая Россия») или будет брать под эгиду ярких оппозиционных лидеров. Как итог – не определившуюся «Справедливую Россию» избиратели пока вообще не замечают. Для них по-прежнему существуют только три партии – «Единая Россия», КПРФ и ЛДПР. Эта тройка делает ставку на то, что рейтинги остальных партий не растут, а падают, следовательно избиратели придут к ним.

– Партии делают ставку на политтехнологии, а не на борьбу идей?
– До недавних пор для власти самым реальным казался сценарий «демобилизации» – выборы без кандидатов и избирателей. Отменяем минимальную явку, о выборах не говорим, зовем только «своих» избирателей, по возможности не включаем в бюллетени партии и политиков, которые могли бы стать серьезным конкурентом власти. Это самый простой и легкий путь провести выборы с заранее гарантированным результатом.
Тем не менее сейчас мы видим отход от этой концепции. С одной стороны, при низкой явке избирателей имеются опасения, что в глазах и российского населения, и западных элит результаты выборов не будут выглядеть легитимными. Во-вторых, есть понятное стремление осваивать предвыборные бюджеты, предназначенные для агитации. Наконец, власти стало очевидно, что не ходящие на выборы избиратели не являются потенциальными сторонниками оппозиции. Проблема – как мобилизовать пассивных избирателей? Ищут. Пока не слишком успешно. Сначала «Единая Россия» обсуждала тезис «суверенной демократии». Но это не «цепляло» избирателей. Теперь партия «медведей» заявляет, что идет на выборы с «планом Путина», однако что такого принципиально нового в этом плане, не объясняет.
«Классическими» путями мобилизации избирателей считаются два сценария, но оба они одинаково проблемны для власти. Первый – патриотический. Рост националистических настроений в обществе очевиден, и соблазн использовать патриотическую риторику велик. Но как при этом сохранить «в рукаве» возможность «борьбы с экстремизмом» для исключения под этим предлогом из избирательных бюллетеней политических оппонентов? Ситуация не созрела, чтобы вытаскивать на поверхность патриотическую компоненту как сценарий избирательной кампании. К тому же активизация патриотической риторики объективно сокращает для власти возможности достигать компромиссов по внешнеполитическим вопросам.
Но главный запрос избирателей – не патриотический, а потребительский. Обещания широкомасштабных социальных программ «потребительского рая» безопаснее с политической точки зрения. Но здесь имеет место естественное нежелание власти тратить дополнительные бюджетные средства, потому что все и так «правильно» голосуют.
К середине лета обозначились контуры третьего сценария, не предполагающего ни реанимации «холодной войны», ни раздачи средств из Стабилизационного фонда. Речь идет о повышении социального оптимизма, игре на ажиотажных ожиданиях от ближайшего будущего – проведения Олимпиады в Сочи, развития нанотехнологий, освоения Арктики и космического пространства. Как показывает первая реакция общества на олимпийские и арктические инициативы, такой путь может оказаться оптимальным.
Пн Вт Ср Чт Пт Сб Вс
    1 2 3 4 5
6 7 8 9 10 11 12
13 14 15 16 17 18 19
20 21 22 23 24 25 26
27 28 29 30 31