30 июля 2021 20:26

«Самое интересное – люди»

Николай ПОРЕЦКИЙ

Заместитель начальника Северной железной дороги – главный ревизор по безопасности движения Валерий ЛЕЩУК уверен, что на севере работать легче, чем на юге: люди приезжают туда делать дело, а не отдыхать.

– Валерий Семенович, как будете праздновать у себя на дороге 70-летие ревизорского аппарата ОАО «РЖД»?
– Пока никак: на дороге идет плановая проверка ЦРБ, выпавшая аккурат на юбилей. Как раньше говорили: отметим праздник ударным трудом! А вообще-то планируем подвести итоги ревизорской работы на СЖД с приглашением всех наших ревизоров и ветеранов…

– Среди ветеранов есть ваши предшественники?
– А как же?! Валентин Васильевич Логинов. Он до сих пор с нами делится опытом, болеет за безопасность на магистрали. Когда я пришел на ревизорскую работу, Логинов был главным ревизором Северной, экзамен у меня принимал. Вот это был профессионал! Держал дорогу так, что с безопасностью движения проблем практически не было. А как ушел в 89-м году, так началось… За следующие десять с небольшим лет на Северной сменились пять главных, а положение только ухудшалось.

– Вы пришли на эту должность в 2002 году, когда дорога окончательно провалилась по безопасности движения поездов. Помните те мрачные времена?
– Да, положение было кризисным. Не успевали поднимать вагоны. Как сейчас помню: 2002 год – 7 сходов и 3 крушения. 2003-й – 9 сходов и крушение. Вот тогда мы всем миром взялись за путь, начали менять по 1 –1,5 млн негодных шпал ежегодно. Поставили под контроль технологию перевозочного процесса. Обновили кадровый потенциал: при мне, к примеру, сменились все главные ревизоры отделений дороги. Правление ОАО «РЖД» здорово помогло инвестициями в развитие и укрепление инфраструктуры магистрали, в первую очередь – путевого хозяйства. В итоге удалось победить негативную динамику, выровнять положение с безопасностью. Конечно, и сейчас нам нужно сделать еще многое, например, серьезно подтянуть локомотивное хозяйство, на которое приходится львиная доля случаев брака.

– Что было для вас самым трудным?
– Настроить людей, убедить, что именно от них зависит безопасность на дороге. Ведь все вроде бы выполняли свои обязанности, но никто толком не видел проблемных моментов. Когда коллектив СЖД возглавил Василий Билоха, были четко обозначены эти проблемные узлы по хозяйствам, возник жесткий спрос на качество. Люди поняли, что обеспечение безопасности движения – не просто работа, а работа приоритетная и целенаправленная.

– А как вообще вы попали на Северную железную дорогу?
– Родом я с Украины. После Харьковского института инженеров транспорта захотелось романтики. Взял, да и махнул в Воркуту, на самый Крайний Север. Начинал дорожным мастером на станции Сейда. Так и пошел по путейской линии, а потом предложили должность главного ревизора Воркутинского отделения СЖД. Ведь ревизоров специально нигде не готовят, это, скорее, призвание. Я, кстати, был, наверное, первым путейцем на сети, ставшим главным ревизором дороги, обычно на этом поприще подвизаются движенцы, локомотивщики, вагонники как представители ведущих профессий.

– Работая на Севере, успели почувствовать на себе его суровый нрав? Нашли здесь романтику, за которой приехали?
– Помню, в 1984 году мы ехали с вагоном-путеизмерителем в составе пассажирского поезда по линии Чум – Лабытнанги. Я тогда был замом начальника отдела пути Воркутинского отделения дороги. На подходе к станции Полярный Урал весь поезд просто замело снегом выше крыши. Пытались раскопаться – бесполезно. В довершение погас свет. Ну я и пошел на станцию за помощью. Вернее, пополз, потому что сильнейшая метель пригибала к земле. И в условиях нулевой видимости уполз в тундру. По счастливой случайности увидел вспышку фонаря – это энергетики на станции пытались восстановить электроснабжение. В итоге до станции я таки добрался, преодолев 500 метров пути за 3 часа. Одежда от мокрого снега была как панцирь. Старожилы меня растерли, но избежать остеохондроза все же не удалось… А пурга бушевала еще трое суток. Из ближайших магазинов мы забирали под мою расписку продукты – кроме черствых пряников и консервов «Налим в масле» там все равно ничего не было – и кормили попавших в снежный плен пассажиров. Конечно, после этого случая пришлось в корне поменять систему работы по очистке пути от снега.

– Семью создали тоже на Севере?
– Да, в Воркуте, причем полностью железнодорожную. Жена работает в управлении дороги, старший сын – начальник станции, младший учится в МИИТе. Племянники жены тоже железнодорожники.

– А в чем специфика работы главного ревизора именно на Северной дороге?
– Профилактическую работу по безопасности движения приходится вести одновременно в разных климатических поясах. Сейчас, например, в голове держишь и участки, где почти лето, и северные направления, где еще настоящая зима с морозами и снегопадами. Но вот с людьми работать на Севере легко, они ведь туда работать едут, не отдыхать. И народ тут душевнее, добрее, ценит человеческое отношение.

– Но в человеке вашей профессии трудно предположить наличие гуманности. Есть такое мнение.
– Вы не поверите – по натуре я добрый человек. Но по долгу службы ревизор ищет всегда плохое, хорошее для него – норма. Поэтому часто работает на грани конфликта, его никогда не встречают с распростертыми объятиями. Однако если для слабого руководителя приезд ревизора – конец света, для сильного – нормальное явление. К тому же добросовестного работника всегда можно убедить, найти к нему подход, не применяя репрессивных мер. Это, на мой взгляд, дает больше, чем авторитарный стиль. Всегда хочу, чтобы мои требования люди выполняли из уважения ко мне и моей работе, а не из страха. Недавно я ввел на дороге практику подкреплять акты технической ревизии фотографиями выявленных грубых нарушений и затем на техсоветах и разборах показывать слайд-шоу с ироничными адресными подписями. Сработало. Теперь демонстрируем и фотофакты позитива как поощрение и пример для подражания.

– Что главное для главного ревизора?
– Главное – всем арсеналом имеющихся способов, нюхом, если хотите, выявить «узкие места», где необходимо провести профилактику до того, как случится ЧП. Тут все средства хороши – от аналитики до телефона доверия. Многое, например, дает разговор даже не с руководителями, а с рядовыми работниками, говорящими о проблемах без оглядки на вышестоящего начальника. Ревизор – это прежде всего контроль. И я не согласен с бытующей логикой: дескать, чем больше ревизор выявил на дороге брака и недостатков, тем больше пробелов в его работе. Все как раз наоборот. Ревизор должен выявлять, выявлять и выявлять. Чем больше, тем лучше. И ничего не скрывать. Это мое твердое убеждение. Может, поэтому Северная дорога до сих пор лидирует по количеству случаев брака. И вместе с тем реально снижает их число.

Николай ПОРЕЦКИЙ

Пн Вт Ср Чт Пт Сб Вс
      1 2 3 4
5 6 7 8 9 10 11
12 13 14 15 16 17 18
19 20 21 22 23 24 25
26 27 28 29 30 31