16 апреля 2021 18:07

Открытые сердца

Династия Семенюта на Урале известная – многим эти врачи спасли жизнь

Доказано: супруги, счастливо прожившие вместе долгие годы, становятся похожими даже внешне. У Николая Ивановича и Людмилы Петровны добрые глаза, мягкая речь, выдающая выходцев с Украины. Да и фамилия – Семенюта – никаких сомнений в происхождении не вызывает. Известная между тем фамилия на Урале.

Вот она, врачебная династия Семенюта
Николай Иванович – заслуженный врач Российской Федерации, тридцать лет возглавляет на Свердловской магистрали кардиологическое отделение дорожной клинической больницы, Людмила Петровна – врач высшей категории, акушер-гинеколог. И наконец, их дочь Оксана – врач ультразвуковой диагностики ДКБ, продолжатель семейной традиции.

Путь в профессию и к её вершинам у каждого свой. Николай со школьной скамьи бредил математикой и физикой, но на физмат не поступил и через год стал первокурсником Запорожского мединститута. А вот Людмила, мама которой всю Великую Отечественную прошла-проползла фронтовой медсестрой, штурмовала приёмную комиссию того же института несколько раз, пока не получила заветный студенческий билет. А для Оксаны, полдетства проведшей в больнице во время бесконечных дежурств родителей, другого пути и не было.

Нашли друг друга Людмила и Николай ещё на первом курсе, а в свидетельстве из ЗАГСа и в дипломах одна дата – 1974 год. Предстояло распределение, а куда иголка – туда и нитка. Иглу магнитом повернуло на Урал. Интернатуру проходили в дорожной клинической больнице, и по всему выходило, что быть им железнодорожными медиками. Шло время романтиков, их сверстникам диктовали колёса вагонные «на БАМ!», а для них они отстучали до станции Чусовская.

Те далёкие пять лет, проведённые там, остались в памяти как самые солнечно-яркие. Поразила уральская природа: горы, хвойные леса, изумительной красоты река Чусовая. Но больше всего удивили открытость и дружелюбие людей. Людмила приехала на новое место в одном лёгком платьице, осень же стояла холодная, а контейнер с вещами где-то безнадёжно отстал, спать вдвоем приходилось на надувном матрасике. Но нашлись и тепло, и постель, и добрый совет. А через неделю Николай попал под скальпель хирурга – аппендицит. До сих пор помнит, как хлопотали вокруг него коллеги, ещё вчера чужие люди.

Семенюта быстро усвоил, чем отличается железнодорожный медик от прочих: пациента надо не просто поставить на ноги, но вернуть в профессию. Да так, чтобы здоровье впредь не подвело, от этого ведь зависит безопасность движения поездов.

Периферийных врачей всегда, а в те годы особенно, отличала самостоятельность – советоваться ведь некогда и не с кем! Особенно в часы дежурств. Однажды выхаживал женщину, случай был острым и тяжёлым. И тут позвонили из родильного отделения, отвлечённым сознанием воспринял информацию: родилась девочка.
– Рост? Вес? Как состояние матери? – спросил автоматически. И тут только дошло: ведь это его дочь родилась!

Людмила Петровна долго в декрете не засиделась. Работала увлечённо и много: днём – в гинекологическом отделении, ночью дежурила в роддоме.
– Сутки бывали хлопотными: в гинекологии – больная с кровотечением, в роддоме – женщина рожает, – вспоминает она. – Тогда же сделала первые свои операции. У меня был великолепный учитель – заведующая отделением Валентина Алексеевна Овчинникова, её уроки врезались в память навсегда.

Через три года Николай Семенюта уже заведовал терапевтическим отделением узловой больницы, увлечённо осваивал новые методы функциональной диагностики заболеваний сердца. Людмила на глазах росла как оперирующий гинеколог. Сложился круг друзей-медиков, таких же жадных до жизни, – Новосёловы, Дружинины, Валерий Жеков… Сдружила не только работа, но и общие увлечения, самое увлекательное из которых – сплав на плотах по Чусовой, стремительной и своенравной. В походы брали даже трёхлетнюю Оксанку и теперь со смехом вспоминают, как однажды в панике на веслах уходили от вышедшей на берег медведицы с медвежатами.

Но тут Николаю предложили возглавить кардиологическое отделение дорожной клинической больницы. Предстоял переезд в Свердловск, а покидать ставший милым сердцу Чусовой совсем не хотелось.
– Зачем вам переезжать? – уговаривал и главный врач. – Там всего-то труба повыше, да дым погуще…

И Людмила порвала уже купленные билеты: уж если уезжать, мол, то на Украину!

И всё же Урал удержал.

В построенном к тому времени новом корпусе ДКБ предполагалось открыть на базе единого терапевтического три профильных отделения – гастроэнтерологическое, пульмонологическое и кардиологическое. Последнее и возглавил Семенюта.
– «Специализированного» всего-то и было – пациенты и приходящие врачи-совместители, – вспоминает он. – Две палаты отдали под временное общежитие хирургов – так и соседствовали. Требовалось оснастить лабораторию, наладить функциональную диагностику… Справиться с трудностями помогли воля наших руководителей – главного терапевта ДКБ Зинаиды Павловны Любарь и Клавдии Егоровны Мезенцевой да наш молодой задор. Первый прибор ультразвуковой диагностики «Узкар» я взялся осваивать в 1986 году. Смотришь в него, как танкист в щёлку, показания перед глазами бегут, и надо успеть их и прочитать, и просчитать. Но его появление в клинике стало крупным шагом вперёд. И появившийся в отделении через три года первый компьютер. Чтобы его освоить, пришлось ехать в Институт кибернетики в Киев, представляете уровень?! Уезжал с портфелем вопросов, а вернулся – с чемоданом! И мечту свою тогдашнюю помню: записать бы в память умной машины кардиограмму, а потом расшифровать с её помощью. Как далеко мы ушли с тех пор!

Самыми трудными Николай Семенюта считает девяностые годы. Средств не хватало ни на развитие клиники, ни на достойную оплату труда медработников. Уходили хорошие врачи. Палаты заполняли больные с запущенными заболеваниями. И нельзя было опускать руки, ведь он понимал, что на него, заведующего отделением, равняется коллектив. Более полутора тысяч пациентов в год – с такой нагрузкой работали кардиологи в то время. Почти готовую диссертацию пришлось отложить – захлёстывали текущие дела.

Наградой за преданность долгу стало звание «Заслуженный врач Российской Федерации», присвоенное ему в 1997 году. Ею он готов был поделиться с каждым в дружном коллективе: Ю.П. Гапоненко, З.В. Третьяк, Е.М. Васильевым, Н.В. Румянцевым, Е.А. Меликовой. На любого из них и сегодня может положиться, как на себя. Вырванным из семьи ощутил себя Николай Иванович, согласившись перейти на административную работу. Год возглавлял медицинскую службу магистрали, потом стал главным врачом ДКБ, но, поняв, что эта ипостась не его, вернулся в своё кардиологическое – и счастлив.

Перемены к лучшему в дорожной клинике начались с образованием ОАО «РЖД». Стало поступать современное оборудование, открылся центр восстановительной медицины и реабилитации, один за другим ремонтируются лечебные корпуса. Вот и до терапевтического дошла очередь. В уже отремонтированных помещениях разместили аппаратуру для стресс-кардиографии – отпала необходимость направлять пациентов для уточнения диагноза в Москву. Ждут ещё аппарат для электрофизиологического исследования сердца, давняя мечта Николая Ивановича – создать свой аритмологический центр – близка к воплощению. А там, возможно, появится и палата интенсивной терапии.

Его рабочий день уплотнён, насыщен до предела, впрочем, как и у супруги. С Людмилой Петровной они как-то подсчитали: по 6–7 месяцев в году не виделись друг с другом – операции, дежурства, учёба. Вот и в этот раз только моя настойчивая просьба позволила выкроить время, чтобы в разгар рабочего дня собраться всей семьёй.

Опытнейший врач, отличный психолог, умеющий не только убедить пациентку в необходимости лечения, но и вселить веру в выздоровление, Людмила Петровна явно растерялась от внимания к ней.

– Что мне дали 30 лет практики в железнодорожной больнице? Нет, не только признание, хотя и оно дорого. Приятно, разумеется, когда женщина, вылеченная когда-то от бесплодия, приводит на обследование к Оксане уже своего внука и спрашивает, увидев табличку на дверях: «А вы не дочь Семенюты? Передайте маме привет и поклон». Высшая категория врача – это признание коллегами твоего профессионализма, а за ним – и знания, и опыт, а самое главное – высочайшая ответственность за судьбу больного. А ещё внимание к нему, участливость, доброта…

– Мама – человек удивительной душевности, – добавляет Оксана. – Она скромничает, говоря о составляющих профессионализма. У неё же золотые руки! Другие учатся, работают годами, но стать настоящими профессионалами им не дано, а ей дано!

Стать таким врачом стремится и сама Оксана, что очень радует её родителей. Впрочем, у них в семье уж так заведено: если браться за дело, то делать его хорошо! Это кредо она усвоила с пелёнок, как и выбор профессии.
– Желание расти профессионально у неё большое, – говорит Семенюта-старший, – и мы ей помогаем, чем можем: и советом, и беря на себя, когда требуется, заботу о внуке.

Младшему в семье три с половиной года. На вопрос: «Кем хочешь быть, когда вырастешь?» отвечает: «Нефтяником!»
– А станет врачом, – замечает Людмила Петровна, и все трое понимающе улыбаются.

Александр Шамов,
спец. корр. «Гудка»
Екатеринбург
Фото автора

Пн Вт Ср Чт Пт Сб Вс
      1 2 3 4
5 6 7 8 9 10 11
12 13 14 15 16 17 18
19 20 21 22 23 24 25
26 27 28 29 30