22 июня 2021 10:03

Солдатский характер

Лучше мир с сухарями, чем война, убеждён бывший воин-афганец Юрий Караскевич

На горных кручах Паншера и Саланга воину-разведчику Юрию Караскевичу два года снился стук вагонных колёс. И уже двадцать лет осмотрщик-ремонтник вагонного депо Свердловск-сортировочный провожает в путь поезда.

За участие в одной из военных операций Юрий Караскевич был награждён медалью «За отвагу»
Что такое «зелёная зона»?
Это просто кусочек озона.
Прогуляться туда не хотите?
Нет уж, нет уж, друзья, извините.
Там листочки – кусточки жасмина
И под каждым – контактная мина.
Мужики там живут бородатые,
И гуляют они с автоматами.
Они лепят из глины избушки,
Ставят там безоткатные пушки.
Подними взгляд на верх чердака –
Там увидишь бачу с ДШКа...


В незатейливых словах песни, рождённой в лагерях советских войск в Афганистане, дана, пожалуй, очень точная характеристика «зелёнки», укрывавшей отряды вооружённой оппозиции, ведущей борьбу с частями нашего ограниченного контингента.

Сюда, на берега разрывающего горные хребты Паншера, после шестимесячной «учебки» в Термезском разведбате был направлен получивший сержантские лычки паренёк из Североуральска Юрий Караскевич.
– Судьбу благодарю, – делится воспоминаниями четвертьвековой давности Юрий, – учили нас основательно: и огневой подготовке, и рукопашному бою, а главное – сметке, умению не теряться, ведь тот, кто растерялся, пропал. И далеко не все из моего выпуска вернулись домой.

Поначалу несли «караванную» службу – обеспечивали высокогорные посты боеприпасами, продовольствием. Поднимаешься с грузом на двухкилометровый Зуб, пот ручьём, кислорода не хватает, пить хочется, а далеко-далеко внизу, в ущелье, – синяя река, и от этого жажда ещё сильнее …

А скоро пришло время выполнять и по-настоящему боевые задачи – перехватывать вражеские караваны, выбивать «духов» из потаённых убежищ, обеспечивать марши своих подразделений. Работы для разведчиков хватало. За мужество и самоотверженность, проявленные в одной из таких операций, молодой уралец был отмечен высоко чтимой настоящими солдатами наградой – медалью «За отвагу».

Подвиг был удостоен заметки в окружной газете:
«Подчинённым старшего лейтенанта В.Бармина выполнять задачи в «зелёнке» приходилось не раз.
– Вышли мы рано – было что-то около четырёх утра. Ещё темно. Главное в этих местах что? Бдительность. Поэтому и наблюдали за местностью каждый, как говорится, во все глаза.

Успешно миновали виноградник. Надо отдать должное сапёрам: они сняли там около пяти «растяжек». Быстро пересекли открытую местность и вскоре были уже у намеченной цели нашего марша – у сопки. Кругом – величественные горы... А она одна, небольшая, будто ребёнок среди родителей... Неподалёку мы расположились на привал. И только собрались завтракать, как увидели, что с сопки в долину спускается вооружённый отряд.

Они нас тоже заметили и открыли огонь.

В считаные минуты мы заняли оборону и вскоре остановили мятежников. Они отступили, оставив на поле боя убитых и оружие. Особо отличился в этом бою рядовой Юрий Караскевич. Это под огнём его пулемёта «духи» спасовали...

В бою всегда побеждает тот, у кого опыта больше и нервы покрепче. Главное – не растеряться...»
– Я отходил последним, – восстанавливает в памяти события Юрий, – патронов не жалел и «духов» не жалел, своих жаль куда больше! Зато вся группа вернулась с задания без потерь. А вырезку матери посылать не стал – зачем её волновать, – отправил сестре.

Потом были другие боевые операции. Был вывод наших войск, ради обеспечения которого демобилизацию Юрия отложили на полгода. Он был в числе тех, кто прикрывал переход через перевал Саланг той самой уходящей колонны, известной всему миру по кадрам видеохроники, – со знамёнами, медалями и цветами.

А в феврале 89-го пришёл и его черёд. И снова переход через Саланг как путешествие через времена года. На подходах к перевалу – осень, на гребне – пятиметровый снег и волки, на спусках – текут ручьи, за рекой – жаркие пески. У молодых ребят, как у стариков, от жары сморщивалась кожа…

Впрочем, это не самое сильное воспоминание, как и салют из всех видов ручного оружия, несмотря на запрещение, при виде таких родных советских пятиэтажек. Запали в душу пристально вглядывающиеся в лица солдат глаза сотен матерей и отцов, оцепивших шоссе. Нашла, разглядела в колонне сына только одна, так они и ехали, обнявшись, на БТРе, мешая слёзы с мазутом. Потому и не послал матери телеграмму, предпочёл явиться в Североуральск «сюрпризом».
– С тех пор и сохранил убеждение: пусть лучше мир с сухарями, чем война, – замечает он. – Для меня два года в Афганистане – обычная воинская служба, отслужил, как надо, и вернулся домой. Это сейчас служить не модно, а в наше время считалось, что если парень в армии не был, то он с каким-то изъяном.

Спрашиваете про «афганский синдром»? Он появляется, если у человека нет других забот, кроме как выпить. А когда на плечах ответственность за мать, за семью – не до синдрома. Я как-то с одним таким поездом домой возвращался, разговорились, служили, оказывается, в одно время и рядом. «Ты, – говорит, – никакой не «афганец». Пусть считает, не медаль же ему предъявлять!

С Татьяной Кайзер до призыва в армию Юрий дружил три года, если добавить ещё два с половиной, которые девушка ждала любимого со службы, получается, чувства их прошли более чем серьёзное испытание и временем, и пространством. Потому со свадьбой тянуть не стали, а там и дочь родилась. Младшенькие сестрёнки у неё появились много позже, когда молодая семья прочно встала на ноги, – основательность Караскевича видна во всём. Так же он отнёсся и к выбору профессии. Поскольку жена училась в Уральском политехническом, жить и работать предстояло в Свердловске. Переезд не пугал: ещё до службы получил в ПТУ профессию сварщика, а армия закалила характер.

Сын железнодорожницы и горноспасателя, он как-то сразу сделал выбор в пользу железнодорожного транспорта. Вагонное депо Свердловск-сортировочный стало тем предприятием, порог отдела кадров которого он переступил всего один раз в жизни. Вот только в сварщиках не задержался, поманила работа в парке, и 1 сентября 1990 года, «как первоклассник», Юрий впервые вышел в первой смене. Он – давно уже осмотрщик-ремонтник вагонов седьмого разряда и сейчас, спустя двадцать лет, в той же смене, только пошёл на повышение: исполняет обязанности сменного мастера.
– За то люблю свою профессию, – улыбается с лукавинкой Юрий, – что работать приходится на воздухе, не сварочным газом дышать. За смену километров 20 как минимум нашагаешь, а в месяце 15 смен; вот и подсчитайте, сколько раз я уже земной шарик обогнул?
Александр Шамов, спец. корр. «Гудка»
Екатеринбург
Фото автора

Пн Вт Ср Чт Пт Сб Вс
  1 2 3 4 5 6
7 8 9 10 11 12 13
14 15 16 17 18 19 20
21 22 23 24 25 26 27
28