16 июня 2021 14:49

Красный поезд Самира

Про кого-то в детстве говорят «музыкальный ребёнок», про кого-то – «будущий художник». Для маленького Самира со станции Шолья музыка – это гудок электровоза, рисует он только поезда и нисколько не сомневается в выборе своей будущей профессии. Он – железнодорожный ребёнок.

Этот совсем маленький мальчик бесконечно удивил директора железнодорожного музея в Ижевске, куда пришёл с бабушкой, Елену Ишметову. Поначалу на него не обратили особого внимания: ну мало ли приходит сюда взрослых с детьми – посмотреть красивые макеты. Но этот разглядывал всё в музее с пронзительной любо-знательностью, неспешно, вслух читал подписи и выставленные документы. Просил разрешения потрогать натурные экспонаты – старинные фонари, машинистские «шарманки», путевой инструмент. Долго изучал модели. И спрашивал, спрашивал, спрашивал…
– У нас в городе есть несколько профильных железнодорожных школ, но от их учеников мы столько вопросов обычно не слышим. А этот мальчик уточнял, обсуждал, переспрашивал. И всё так обстоятельно, всерьёз, заинтересованно.

Закончилось тем, что пятилетний ребёнок, обнаружив недействующий светофор на макете и неисправную модель автосцепки, остался этим недоволен:
– Надо, чтобы светофор горел зелёным светом. Здесь же поезда! И их без зелёного света нет права пропускать.

Прощаясь, мальчик решил оставить запись в книге отзывов музея. И аккуратно написал печатными буквами: «Спасибо! Самир. Шолья».

Шолья – это совсем небольшая и незнаменитая станция на направлении Москва – Екатеринбург возле Камы, в юго-восточной части Удмуртии. Самир – имя мальчика.

В этой самой Шолье пятилетний Самир Исмагилов – личность уже достаточно известная. И уважаемая. Для местной детворы – вожак и заводила. Взрослое население воспринимает его как человека серьёзного, несмотря на юный возраст. Продавцы в местном магазине, нисколько не сомневаясь, доверяют ему в долг.

А те, кто работает на железной дороге, с интересом общаются с Самиром почти как с равным. И знают, что надо быть готовыми отвечать на его бесконечные вопросы, объяснять принципы устройства или действия приборов, технологий, суть железнодорожных специальностей. Так что найти Самира оказалось легко.
– Это внук нашей разъездной дежурной по станции Гульсины Вечтомовой, – говорит начальник станции Альфина Ахматинова. – Очень интересный мальчишка. Хочет всё знать о железной дороге. Книжки специальные читает, газетные вырезки, инструкции изучает. Его хоть завтра можно дежурным по станции ставить – не подведёт.
– Шутите?
– Конечно, шучу. Но столько всего знать в пять лет!

Будущий кандидат в железнодорожники встретил меня в бабушкиной квартире в компании родственников. Протянул руку и представился. На ковре, разумеется, – железная дорога. Держа красный локомотив, Самир кивает на едва заметную трещину на крыше рядом с токоприёмником:
– Поломался немного. Надо бы на деповской ремонт, – и продолжает: – Спрашивать будете?

Самир раскладывает свои игрушки, рисунки, книжки, вырезки из газет, и среди них замечаю служебную «Инструкцию по движению поездов и маневровой работе на железных дорогах Российской Федерации». Неожиданно для себя перехожу в разговоре на «вы».
– А это тоже читаете?
– Изучаю.
– А зачем?
– Я хочу быть машинистом… Я хочу ехать и смотреть вперёд поезда. И чтобы сигналы всегда были зелёные.
– А если будет красный?
– Остановлюсь и позвоню диспетчеру.
– А если он скажет, что не может дать зелёный?
– Тут надо подумать. Инструкцию почитать. Может, смогу подсказать, что делать.

Рисунками Самира исписаны многие километры старой, никому, кроме него, не нужной телетайпной ленты.

На них, как вы понимаете, поезда. Грузовые, пассажирские. С зелёными, красными и голубыми электровозами и тепловозами. Вот старина ВЛ80, вот – новенький ЭП1М, а это – «чех». Разбирается. На одном из рисунков длинная череда красных вагонов.
– Когда ему ещё два года было, мы почти каждый день обязательно ходили встречать фирменный «Урал», – вспоминает Гульсина Мусиновна. – Он его до сих пор называет «красным поездом». Всё мечтал, что тот остановится и мы поедем на нём. Но он у нас не останавливается.

Когда Самир выучился читать, ему стали покупать книги о железной дороге. Вступительное слово к ним, как правило, от первых лиц. Быстро запомнил Владимира Якунина и начальника Горьковской дороги Анатолия Лесуна.

С железнодорожными газетами тоже начинал знакомиться с фотографий, пытался разобраться, что на них за техника, что делают люди. Но основную часть своих явно незаурядных для пяти лет знаний Самир вынес из непосредственного общения с людьми. Массу интересных вещей ему объяснили коллеги бабушки и отца – помощника машиниста, соседи.
– Если парень хочет стать человеком, то надо ему в этом помогать, – считает его дед, водитель Александр Вечтомов.
– Жаль, что у нас в Шолье нет никаких железнодорожных кружков, – говорит мама Снежана.

А пока Самир играет в железную дорогу в детском саду. Усаживает всех на расставленные, как в вагоне, стулья. Тот, который повыше, ставит для себя впереди – чтобы похоже было на кабину машиниста. Даёт «сигнал к отправлению». Потом объявляет маршрут, время отправления и прибытия и «связывается по радио» с воображаемыми диспетчерами, дежурными по станциям, машинистами встречных поездов. В полном, кстати, соответствии с регламентом переговоров.

Его ровесники по-разному реагируют на такие игры. Но дипломатичный Самир обычно договаривается о том, что правила должны неукоснительно соблюдаться.
– Сложно с ними, – сокрушается будущий железнодорожник.

Но терпит. Особенно, когда находит отклик среди своих «пассажиров». Ведь дома с ними так никто не играет.
– Очень одарённый парень. Наверное, его ждёт хорошее будущее – хочется в это верить, – сказал мне заехавший в Шолью ревизор по безопасности движения поездов Ижевского региона Пётр Абрамкин.

Николай Кожин
Фото автора

Пн Вт Ср Чт Пт Сб Вс
          1 2
3 4 5 6 7 8 9
10 11 12 13 14 15 16
17 18 19 20 21 22 23
24 25 26 27 28 29 30
31