21 апреля 2021 14:55

Надежда для Марины

Когда в семье железнодорожника случилась беда, все пришли на помощь

Человеческая жизнь имеет цену. Помощник машиниста Сергей Комягин узнал в минувшем году, что это не просто образное выражение.

Отец постоянно поддерживает дочь
Комягина в его эксплуатационном локомотивном депо многие знали с самого детства, ведь его отец и оба деда были машинистами. А теперь и во всём уральском городе Красноуфимске нет, пожалуй, никого, кто бы не знал Сергея и не помог ему хотя бы рублём.

У Сергея и его жены Ольги две дочери. Младшей Насте – восемь лет, Марине – 17. Обе всегда радовали родителей: добрые, скромные, послушные. Кто бы мог подумать, что в организме Марины таится болезнь. Прошлой весной она проявила себя внезапно болью и высокой температурой. Девочку положили в местную больницу. Затем в областную в Екатеринбурге. Причём сразу не приняли: не было мест, и родителям пришлось везти дочку с температурой 38 градусов обратно домой. Получив результаты анализов, врачи срочно вызвали Сергея и Ольгу и сообщили: у неё онкология. И посоветовали перевести Марину во взрослую онкологическую больницу, но там её отказались принять – ей было всего 16 лет.

Впрочем, через пару дней взяли – уже привезённую на «скорой». Но лечение результата не дало – Марине становилось всё хуже. Сергея вызвали в больницу, чтобы дал согласие на операцию. Однако первичный очаг заболевания найти не удалось. И врачи просто выписали Марину домой.
– Сутки мы были в ступоре, – признаётся Сергей. – Потом опомнились, стали звонить всем, кому только можно, выяснять, как получить квоту на лечение в Москве.

Комягины переправили документы в столичный онкоцентр. Там поставили диагноз – генерализованный рак из невыявленного первичного очага. И сообщили родителям: перевозить Марину в центр в таком состоянии нельзя. Но Комягины нашли профессора, который посоветовал поддерживающее лечение. Закупили дорогие лекарства – заняли кучу денег.

Наступил сентябрь. Марина должна была пойти в 11-й класс, но она едва вставала с постели. Сергей между поездками искал нужную клинику в Интернете. И нашёл – в Израиле. Там, изучив документы, велели срочно выезжать.
– А у нас ни загранпаспортов, ни денег, – вспоминает Комягин. – Но поддержали родные, друзья, коллеги из депо, местные депутаты, предприниматели… Мы расклеили листовки, и нам помогали даже незнакомые люди. Удалось оформить и кредит. Так что к вылету в Израиль набралось $10 тыс. Мы думали, их хватит.

Рейс Екатеринбург – Тель-Авив – всего один в неделю. Комягины приехали на «скорой» к посадке. И узнали, что рейс отменён. Следующий – через неделю… Вернулись домой. Ждали новой даты. Снова на «скорой» с сиреной мчались в аэропорт. И узнали: самолёт будет только через неделю...

Комягин обратился в местную прессу, связался с уполномоченным по правам ребёнка в Екатеринбурге, затем с уполномоченным при Президенте России Павлом Астаховым. Авиакомпания признала, что отмена рейсов была не случайной. Там решили не рисковать: мало ли что может произойти в полёте с тяжелобольным ребёнком. Через несколько часов переговоров самолёт поднялся в небо.

Целой вечностью показались Комягиным пять часов в воздухе. Марина почти не приходила в сознание. И потом израильские медики признали: это чудо, что она выдержала такой перелёт. У трапа самолёта их ждал реанимобиль. Врачи заверили Сергея: ситуация не безнадёжна.
– Они вернули нашу дочь с того света, – с благодарностью говорит Сергей. – Но врачи врачами, а деньги деньгами...

Место в реанимационной палате стоит $3,5 тыс. Марина пролежала там семь дней. Уже на второй день Комягиных предупредили о необходимой пред-оплате – $50 тыс. Сергей отдал десять тысяч и сказал, что летит в Россию решать вопрос. Он ещё был в аэропорту, когда позвонила жена: «Марину вывозят из реанимации...»

Сергей добился приёма в российском посольстве в Израиле, достучался до Минздрава, выступил на израильском русскоязычном радио. И люди откликнулись. Кто-то приносил в больницу продукты, кто-то подарил ноутбук, чтобы общаться с родными в России. Фонд «Подари жизнь» Чулпан Хаматовой смог выделить $23 тыс. Горьковская железная дорога перечислила на счёт Комягина большую сумму, а когда выяснилось, что этих денег недостаточно, вице-президенту ОАО «РЖД» Олегу Атькову ушло письмо за подписью начальника Горьковской железной дороги Анатолия Лесуна. И просьба выделить на лечение девочки $70 тыс. была удовлетворена.
– Я низко кланяюсь железнодорожникам, низко кланяюсь всем, кто не оставил нас в беде! Марине стало значительно лучше. Она начала улыбаться. После химиотерапии потихоньку стала есть. Пока она очень слаба, но настроение у неё хорошее.

Надежды добавила встреча с семьёй из России, привозившей туда же сына. У мальчика был тот же диагноз, что и у Марины. Но теперь он ничем не отличается от сверстников! «Мы целый год прожили вместе с сыном в больнице», – сказали его родители. Комягины тоже настроены бороться за дочь. Тем более что самое страшное они уже пережили.

Как хотелось бы поставить здесь точку. Но рано. Полугодовой курс химиотерапии в израильской клинике, необходимый Марине, обойдётся примерно в $130 тыс. В её семье таких денег нет.

Вчера Марине исполнилось 17 лет. Вместе мы можем подарить ей жизнь.

Ольга Люлина


Счета, на которые можно перечислить деньги
    • для частных лиц:
    Красноуфимское отделение УСБ № 1774/00024
    Счёт № 42307.810.4.1641.1000159, Комягин Сергей Геннадьевич
    счёт карты СБ РФ 639002169007884865, Комягина Марина Сергеевна

    • для организаций –
    на те же счета, реквизиты банка:
    Красноуфимское ОСБ № 1774/00024
    ИНН 7707083893
    БИК 046577674
    К/С 30101810500000000674
    Р/С 47422810416419901774
    В Уральском банке СБ РФ г. Екатеринбурга
    Коды
    ОКОНХ 96130
    ОКПО 02813181
Пн Вт Ср Чт Пт Сб Вс
      1 2 3 4
5 6 7 8 9 10 11
12 13 14 15 16 17 18
19 20 21 22 23 24 25
26 27 28 29 30