29 января 2022 12:41

Добрые руки

Казанский вокзал столицы. Найти отделение по делам несовершеннолетних линейного управления на станции Москва-Рязанская непросто. Ориентироваться на указатели «Полиция» бессмысленно – согласно правилам, помещение отдела располагается отдельно от основной дежурной части. Спряталось оно на задворках багажного терминала вокзала.

Впрочем, как признаёт его начальник майор Татьяна Клыгина, им ещё повезло: на Курском вокзале кабинеты коллег находятся на первом этаже жилого дома, чтобы попасть туда, нужно пробежать всё багажное отделение, преодолеть несколько дверей.

«Это понятно – на вокзалах свободных помещений нет, – говорит майор полиции. – Но представьте, каково родителям, которым приходится забирать найденных нами детей ночью. Уложиться им нужно в трёхчасовой срок с момента обнаружения ребёнка, дольше его мы держать не имеем права – отправляем в детскую больницу».

В кабинет заходит дюжий сотрудник полиции, ведущий за руки двоих опрятно одетых мальчишек. «Принимайте, Татьяна Петровна, бойцов – ребята, сопровождающие поезда, нам их передали».

Двенадцатилетние «бойцы» испуганно смотрят исподлобья и виновато шмыгают носами – в кулачках зажаты билеты на электричку. «Покататься решили?» – спрашивает Татьяна Клыгина. Ребята дружно кивают головами. «Теперь будем записывать, кто вы и откуда, потом позвоним родителям, чтобы они за вами подъехали», – говорит инспектор, вооружаясь ручкой и протоколом.

Мальчишки начинают изворачиваться – говорят, что не помнят ни домашнего номера, ни номеров мобильных телефонов родителей, адреса тоже вылетели из головы, сообщают только, что оба из Раменского. Встречаться с родителями в подобных обстоятельствах им явно не хочется – по головке за подобные фокусы не погладят. Но выхода нет – нехотя юные странники начинают рассказывать о себе.

Майор полиции поясняет, что всю информацию о доставленных несовершеннолетних получают со слов ребят. Данные проверяются через отделы полиции районов, указанных детьми. В случае подтверждения у местных участковых и коллег из инспекции по делам несовершеннолетних спрашивают о семье – благополучная ли, не злоупотребляют ли родители спиртными напитками, не бьют ли своё чадо. Если всё в порядке, то ребят передают подъехавшим со всеми документами законным представителям, на которых потом составляются протоколы о «ненадлежащем исполнении родительских обязанностей».

Если же те не укладываются в трёхчасовой временной промежуток, то детей на «скорой помощи» отправляют в столичную детскую больницу № 21, где под присмотром медиков они дожидаются родителей.
«Бывает так, что на основании показаний сбежавших из дома ребятишек возбуждаются уголовные дела, – поясняет Татьяна Клыгина. – Хотя... чаще среди безнадзорников попадаются любители путешествий. Например, на всех столичных и областных вокзалах уже известен Максим Черников из Рязани, который периодически сбегает, а в полиции рассказывает о том, что его мама избивает и не занимается его воспитанием. На деле Максим из хорошей семьи, где он – единственное чадо. Его объявляют в розыск, находят и возвращают домой. Сейчас прошла информация, что он в очередной раз доставлен в 21-ю больницу».

В кабинет заглядывают трое молодых людей: «Татьяна Петровна можно к вам? Мы по вокзалу уже пробежались, разыскные листы сотрудникам раздали. Посмотрите, может, к вам попадал?» Николай, Антон, Александр – волонтёры содружества «Розыск пропавших детей». Они протягивают листовку с фотографией мальчугана. «Черников!»

Волонтёры отправляют в больницу факс с фотографией разыскиваемого мальчика и в ожидании подтверждения на правах старых знакомых рассаживаются пить чай.
«Мы работаем на пригородных направлениях Курского и Казанского вокзалов – по ним чаще всего пропадают детишки, – говорят волонтёры. – Раздаём сотрудникам вокзалов и полиции листовки с информацией о «бегунках», а сами осматриваем платформы, ездим на электричках. Раньше было сложно – не всегда мы находили взаимопонимание с руководством вокзалов, порой нас даже выпроваживали или запрашивали астрономическую сумму за возможность разместиться, подключить компьютеры, организовать поисковый штаб.

Вот начальник Курского вокзала помогал всегда, мы с его помощью многих нашли. Но сейчас работаем с фондом «Расправь крылья» – это совершенно новые возможности для поиска пропавших детей. На недавней встрече нам обещали организовать централизованную рассылку по всем железнодорожным объектам ориентировок на ребятишек и разовый бесплатный проход через турникеты для членов поисковых групп».

Майор полиции подтверждает слова ребят: железнодорожники сейчас оказывают максимальное содействие в поиске пропавших детей. Часто именно они находят и передают в руки полиции ребятишек.

Реорганизация правоохранительной системы привела к значительному сокращению полицейских подразделений. На вокзал, который обслуживает сотни направлений, в смену выходят 1–2 «детских» инспектора. Но объём писанины-то остался прежним: тут и отчёты, и переписка с разными инстанциями. Выйти на территорию удаётся в лучшем случае пару раз за дежурство. Если бы не сотрудники вокзалов и волонтёры, многие безнадзорники и беспризорники продолжали бы свои скитания по просторам мегаполиса и страны. Какие бы их ожидали «приключения» – подумать страшно.

Сейчас алгоритм совместных действий отработан до автоматизма. Начальник отделения по делам несовершеннолетних проводит встречи с работниками Казанского вокзала, где даёт чёткие инструкции о действиях при обнаружении малолетних бродяжек, побирушек или находящихся без родительского присмотра ребят.
«Главное, о чём я всегда прошу, – ни в коем случае не выгонять их на улицу! – говорит Татьяна Клыгина. – Пусть он грязный, пусть спит на лавочке – не гоните, сообщите нам в любое время дня и ночи. И ещё мы настоятельно просим не отправлять детей одних на электричках домой, даже если они уверяют, что сами найдут дорогу домой. Все действия только через полицию, потому что есть чётко отлаженный механизм, который практически исключает возможность попадания детёныша в недобрые руки».

Некоторое время назад ОАО «РЖД» прислало запрос о родителях с детьми, находящимися в социально опасном положении: живущих на вокзалах, собирающих милостыню в поездах и т.д. Большинство из них – граждане других государств или регионов. Приезжая искать заработка или правды в столице, они берут с собой в качестве «аргумента» малолетних детей. Но не получив желаемого и проев скудные сбережения, они вынуждены ночевать на вокзалах. Идея железнодорожников состояла в предоставлении этим людям возможности вернуться домой за счёт компании и тем самым обезопасить их детей. Я спросила у Татьяны Клыгиной её мнение об этой инициативе.
«Не напишете вы это, наверное, – с сомнением начинает майор полиции. – Но лично я, человек, перед глазами которого сотни историй, считаю, что нельзя смотреть на эту проблему сквозь розовые очки. Нельзя рушить устоявшуюся, отработанную систему. Если родители скитаются и таскают за собой детей, то единственная социальная помощь, которую можно оказать их чаду, – поместить его в социальный приют до того момента, как родители не решат все свои проблемы. Выделение средств, выдача билетов на родину – это не выход из ситуации. Лишь единицы из таких семей не возвращаются на столичные вокзалы».

В конце февраля 2012 года между Дирекцией железнодорожных вокзалов, Главным управлением на транспорте МВД и социально-реабилитационным центром для несовершеннолетних «Красносельский» было заключено соглашение о том, что беспризорники и дети, находящиеся в социально опасном положении, будут размещаться в стенах этого учреждения. Теперь после обследования или лечения в специализированных лечебных учреждениях беспризорников можно отправлять именно в «Красносельский». Этой же возможностью до разрешения всех своих проблем могут воспользоваться и родители, обитающие на вокзале с детьми. Но ребёнка им отдадут только при предоставлении справки о трудоустройстве, найме жилого помещения или документов, подтверждающих намерения отправиться на родину. При этом судьба несовершеннолетнего будет отслеживаться соответствующими органами.

Татьяна Клыгина рассказывает, что сейчас количество беспризорников и детей без определённого места жительства практически сошло на нет. Помогли изменения в законодательстве, согласно которым детей нельзя выселять из квартиры «в никуда». Если раньше малолетние бродяжки были страшным, но обыденным явлением, то сейчас появление такого человечка – ЧП для вокзала, отделения по делам несовершеннолетних, территориальных органов опеки.

За I квартал 2012 года на Казанском вокзале не поймали ни одного беспризорника. В то же время на станции Москва-Рязанская побывал 321 ребёнок: 156 из них – безнадзорники, 6 – дети, самовольно ушедшие из дома. Остальные – малолетние правонарушители, задержанные полицейскими. При этом 29 детей доставили в государственные учреждения, 3 – в центр временного содержания несовершеннолетних правонарушителей. На 292 родителей составлены протоколы о ненадлежащем исполнении родительских обязанностей.

Наше общение с главным «детским полицейским» станции Москва-Рязанская прерывают родители, приехавшие за двумя малолетними любителями путешествий, находившимися всё это время в соседнем кабинете под присмотром инспектора. Они уже вполне освоились и, уплетая печенье, о чём-то оживлённо беседуют с полицейскими. Увидев родных, ребята съёживаются на стульях, но уже через минуту смущённо лепечут слова оправдания и извинения, утопая в родительских объятиях.

Елена Демиденко

Пн Вт Ср Чт Пт Сб Вс
    1 2 3 4 5
6 7 8 9 10 11 12
13 14 15 16 17 18 19
20 21 22 23 24 25 26
27 28 29 30 31