21 апреля 2021 16:51

Отвести беду

Доброе соседство связывает железную дорогу и заповедник

Дальневосточная железная дорога пересекает целый ряд природоохранных зон. От рельсовой колеи их отделяет полоса отвода. На протяжении 50 км магистраль соседствует с Болоньским государственным природным заповедником. О том, какими проблемами это чревато, наш разговор с его директором  Виталием Тягуниным.


– Виталий Александрович, как вы относитесь к соседству заповедной зоны с железной дорогой?
– К данности, которую надо уважать. Железная дорога – величайшее достижение человечества. Для меня как эколога важно и то, что её воздействие на окружающую среду куда более щадящее по сравнению с другими видами транспорта. Приведу такой пример: в нашем заповеднике обитает 24 редких вида птиц, в том числе и дальневосточный белый аист, который занесён в Красную книгу России. Его популяция уже сократилась примерно до 3 тыс. особей, и сто из них находится в нашем заповеднике. И вот девять лет назад пара аистов свила гнездо рядом с полосой отвода и все эти годы возвращается на облюбованное место. Его можно увидеть из поезда. Ведь корзины, в которых гнездятся эти птицы, достигают в радиусе двух метров. Дальневосточный аист – птица довольна капризная, селится в труднодоступных местах, где её никто не побеспокоит. Получается, что железная дорога не доставляет ей никаких неудобств.

– А в целом заповеднику?
– Проблемы есть. С апреля и до конца октября в Дальневосточном регионе пожароопасный период. И не последнюю роль играет в этом техногенная сфера. Поезда у нас ходят на тепловозной тяге. А если вокруг сушь, то достаточно одной искры, чтобы загорелось. Иногда и проводники, почистив топку, выбрасывают неостывшую золу на ветер. Кроме того, опасны профилактические отжиги травы в полосе отвода.
Как это обычно происходит? Путеец привязывает к палке кусок резины, поджигает её и тащит за собой вдоль пути. Его задача – выжечь полосу отвода, очистить её от растительности. Где огонь остаётся тлеть, он искать не будет. А из искры раздувается пламя. Сегодня, скажем, возник десяток точек возгорания, а на следующий день они уже объединились в единый фронт, который может двигаться со скоростью 15–20 км/ч. Хорошо, если ветер прижмёт огонь к рельсу, тогда он дальше не распространится. Но в 2009 году возле станции Болонь всё пошло по-другому. 28 апреля железнодорожники начали профилактические отжиги, а на следующий день ветер поменял направление.
И огонь принесло на территорию заповедника. Тушить такие пожары чрезвычайно сложно – ведь высота пламени 5–7 м. Пожаром была охвачена площадь в 25000 га, на которой произрастало свыше 15 видов редких растений. Богатейшие заросли черемши, виноград амурский, дальневосточная аралия… Всё пропало. Выгорела почва, корневая система.

– Но можно ведь сделать по периметру территории заповедника специальную защитную полосу против огня…
– К сожалению, у нас нет для этого необходимых финансовых средств. Железная дорога тоже экономит деньги. Раньше она применяла химреактивы, которые разбрасывал специальный поезд. Эти препараты лет на пять подавляли рост травы. А кустарники вырубались вручную топориком.
Но это способ весьма дорогостоящий. Или вот ещё пример. Вырубленный кустарник часто складывают в валы и так их и оставляют. Но были случаи, когда они загорались. Между тем порубочные остатки можно было бы измельчить, а опилки рассыпать. Это делает риск возгораний минимальным, но на это тоже нужны деньги. Возможно, следует поставить вопрос о выделении государством ОАО «РЖД» специальных средств на новые технологии, которые обеспечивали бы охрану окружающей среды.

– Виталий Александрович, вы хорошо знаете специфику работы железной дороги. Но откуда?
– Да я сам бывший железнодорожник, окончил Хабаровский институт инженеров железнодорожного транспорта. Несколько лет проработал на станции Архара. Потом моя жизнь пошла другим курсом. Вот уже 20 лет я возглавляю заповедник. Но до сих пор с большим уважением отношусь к железной дороге и людям, которые там работают.
Никогда не забуду случай, который произошёл весной 1984 года в бытность мою на станции Архара. Запустили тяжеловесный поезд, в котором были восьмиосные 120-тонные цистерны с нефтепродуктами. При его движении одна из них в середине состава сошла с рельсов и сбила столб контактной сети. Провод под напряжением упал на цистерну, она взорвалась, залив топливом всю горловину станции, начался пожар. Первыми на его тушение бросились железнодорожники. Они действовали героически и спасли станцию, отстояли и посёлок, где проживали 26 тыс. жителей.
Сейчас пришло новое поколение железнодорожников, и это тоже очень ответственные люди. Они, к счастью, сохранили свою систему борьбы с пожарами, на ряде крупных узловых станций есть пожарные депо.
В отличном состоянии содержатся и восстановительные, и пожарные поезда. Там работает мобильная обученная команда, которая за считаные минуты приступает к тушению.
Но железнодорожникам очень непросто работать в существующих реалиях. Достаточно сказать, что если в мою бытность один пожарный поезд приходился на 60 км пути, то сейчас примерно на 200 км. Понимая все эти объективные трудности, наш заповедник ни разу не судился с железной дорогой. Хотя ущербы от пожаров исчисляются порой миллионами рублей. Регулярно съёмки со спутника фиксируют по два-три возгорания в сутки. Да, необходимо сохранить уникальную флору и фауну. Но не менее важно, чтобы железная дорога осуществляла свою миссию по перевозке людей и грузов. Другое дело, что наши интересы надо увязывать таким образом, чтобы не мешать друг другу решать свои задачи.

– И как у вас это получается?
– Мы находимся в постоянном контакте с представителями Дальневосточной железной дороги в Комсомольске-на-Амуре.
Не раз выступали перед участниками дорожной школы передового опыта, коллективами дистанции пути и других подразделений с рассказами о влиянии объектов железнодорожного транспорта на экосистемы Болоньского заповедника. Железнодорожники регулярно приглашают нас на свои совещания, где подводятся итоги работы и согласовываются планы по содержанию полосы отвода. На всех встречах мы показываем результаты спутникового мониторинга, представляем фото. Сами эти совещания – очень важный шаг в нашей совместной работе. Раньше они были обязательными. Сейчас те же планы профилактических отжигов согласовываются, однако встречи не носят обязательного характера. Поэтому после принятия документов вопросов возникает немало. Пытаемся совместными усилиями изменить эту ситуацию. Кроме того, надо ведь работать с местным населением, с людьми, которые живут на станциях. Мы уже начали проводить беседы и с железнодорожниками, и с пассажирами. На станции Болонь вывесили специальный стенд, рассказывающий о заповеднике и правилах противопожарной безопасности в лесу. Люди читают эти материалы в ожидании поезда. Хорошо, если бы такие стенды появились на всех станциях. Хочется также провести совместную с железнодорожниками кампанию по противопожарной безопасности. Проехать по всем станциям и посёлкам с лекциями и показом фото- и киноматериалов. Но одной кампанией проблему не решить – это должна быть постоянная рутинная работа. Тогда будут и результаты.

Беседовала Наталья Кузина
Амурск

Пн Вт Ср Чт Пт Сб Вс
      1 2 3 4
5 6 7 8 9 10 11
12 13 14 15 16 17 18
19 20 21 22 23 24 25
26 27 28 29 30