25 октября 2021 13:59

Обидно, брат-алкаш

Читатели «Гудка» хорошо знакомы с Григорием Фёдоровичем. Он такой же простой, как все мы, только глаз у него зоркий да ум аналитический. Поэтому он считает своей главной задачей делиться с нами своим восприятием жизни на железной дороге.

Прочитав в «Гудке» за 19 апреля статью «От редакции», где говорится о намерении депутатов Госдумы ввести так называемые чёрные списки для хулиганистых авиапассажиров, Григорий Фёдорович побледнел от возмущения: про таких же пьяниц -дебоширов в железнодорожных вагонах Дума даже и не помышляет. Тут один из них в редакцию явился с письмом от себя и своих собратьев.

Мы, железнодорожные пассажиры-алкаши, обращаемся к Думе с открытым письмом. Да, с открытым! Принципиально не будем его заклеивать. Не потому что мы нюхаем клей или пьём «бээф» и поэтому, мол, жалко его расходовать на такие глупости, как заклеивание писем. Просто пусть будет открыто, и пусть все читают, чтоб вам было стыдно…

Потому что такая жуткая несправедливость и дискриминация, ну ваще… Как это пережить?.. И как это письмо дописать до конца? Ничего ж не вижу, слезы душат… Вы-то, видимо, поездами-то не пользуетесь, масштаб для вас не тот, понты не те?.. Вам самолёты подавай…

А как же мы, горькие пьяницы с большой железной дороги? Мы что, не люди, да?

И для вас, думцев, мы получаемся такие мелкие, что никому не мешаем, да? И для нас не надо «чёрный список» составлять? Мол, плевать мы на вас, железнодорожных дебоширов, хотели, да? А ничего, что нас на тыщи штук больше, чем воздушных? И, может, это именно мы решили вашу судьбу на выборах в Думу. Спасибо вам большое, вот отблагодарили за наше доверие к вам и поддержку…

А мы ведь тоже люди! Нам тоже хочется быть запрещёнными! У нас семьи и дети, и мы тоже с гордостью хотим им показать наши фамилии хоть в каком-нибудь списке, пусть даже в «чёрном»…

Что ж вы семьи-то наши рушите? Раньше в поезде где-нибудь выпьешь, в купе вернёшься, жена говорила: «Ну пьяный, что с тебя возьмёшь...» Тут тебе и жалость, и милосердие. А теперь? Она: «Где ты был?» Скажешь ей: «Извини, Маш, мы выпили, я немножко пьяный, прости меня, алкаша…» Раньше бы и пожалела, и спать бы уложила, а теперь: «Ты – алкаш? Чем докажешь: может, ты прикидываешься, просто шатаешься, сам не пьёшь, а у какой-нибудь бабы в соседнем купе был… Вот воздушные алкаши – это действительно алкаши, они документально в списке… А ты, пьянь, – самозванец!..»

Да… Воздушные… Я всегда завидовал тем, кто в небе, – и трезвым, и пьяным… И меня всегда туда тянуло…

Но, как сказал, кажется, Горький, рождённый ползать может напиться только на железной дороге. И я его понимаю, потому что купить и водки, и авиабилет сегодня может себе позволить только Абрамович, и то потому что на собственный самолёт у него скидка. А вот Березовский, смотрите, чуть пожиже, да? Сидит в Лондоне, никуда не вылетает. Потому что не знает, что проложили-таки под Ла-Маншем железную дорогу, сидит в неведении, а самолётом – то ли дорого ему, то ли он в «чёрном списке»… Конечно, такие богатеи могут себе позволить в таком списке оказаться… А мы…

Я домой вообще теперь стараюсь не приходить, страшно детям замечание какое-нибудь сделать, боишься услышать в ответ: «Папка, да кто ты такой, чтоб делать мне замечания? Тебя даже в «чёрном списке» нет!» Правильно, сынок, я теперь никто, ноль, спасибо Государственной думе.

Считай, что нас нет, мы, железнодорожные поклонники зелёного змия, фактически вне закона. И кое-кто уже этим пользуется… Вот первая ласточка. Если ласточкой можно назвать проводницу поезда Москва – Ростов. Всю дорогу она не могла справиться с группой моих, так сказать, железнодорожных... коллег, ехавших до Таганрога. Весело ехавших, как у нас, алкашей, заведено, с песнями, клёвыми анекдотами, сладкой для нашего уха ненормативной лексикой, выяснениями, кто кого уважает, а кто не очень. Гуляли ребята напропалую, и вдруг влетает проводница с истошным криком: «Таганрог, выходите!» Собратья мои похватали сумки, и на перрон. Чертыхаясь, обкладывая тётку-проводницу благими словами, мол, чуть не прозевала. Поезд ушёл, а они остались в темноте одни-одинёшеньки на каком-то полустанке, за сто вёрст до Таганрога! Ну как вам это, думцы? Нормально? А что ей будет? Ничего. Нас же нет даже в «чёрном списке».

А были бы – вообще в поезд бы не пустили и не пришлось бы мёрзнуть в ночи. Подумайте об этом, господа безжалостные…

Возможно, когда вы читаете эти строки, меня уже нет в живых. Потому что не удивлюсь, если проводница поезда Москва – Адлер вместо Сочи высадит меня, пьяного и полуголого, где-нибудь в Салехарде.

И я буду умирать с улыбкой на устах. Потому что мне пригрезится Государственная дума нового созыва! И в ней будут новые люди! С сочувствием относящиеся к таким, как я…

И дело даже не в том, новые, не новые, – это будут люди! И я их – уважаю…
Пн Вт Ср Чт Пт Сб Вс
        1 2 3
4 5 6 7 8 9 10
11 12 13 14 15 16 17
18 19 20 21 22 23 24
25 26 27 28 29 30 31