25 января 2021 07:27

Крепкая порода

Почти сто лет водят по Транссибу поезда Лавриновичи. Машинисты этой фамилии работали и в тяжёлые двадцатые, и в подъёмные тридцатые, и в грозные сороковые, и полвека «мирного строительства».

С Улан-Удэнским локомотивным депо связана жизнь четырёх поколений Лавриновичей, а полтора года назад на трудовую вахту помощником машиниста электровоза заступил и представитель пятого – Сергей.

Лавриновичи не сидят на месте: ни старый, ни малый. В один из приездов в Улан-Удэ младший представитель династии был на учёбе в Иркутске, а старший, Виктор Валентинович (на фото), хранитель семейной истории, пробовал рыбацкую удачу на льду Байкала.
– Давайте завтра переговорим! – пересиливая свист ветра в микрофоне, почти кричал он мне в сотовый. – Ах ты, опять обманула рыбёшка! – прервал он на пару секунд разговор.

– Так ловится или не ловится?
– Да одна сорная мелочёвка пока идёт, а хотелось бы хариуса или омуля подцепить, но завтра часам к одиннадцати вернусь в Улан-Удэ, – прокричал Виктор Валентинович.

Председатель деповского профкома Павел Столяров к сложившейся ситуации отнёсся вполне философски:
– Вся наша жизнь – сплошное ожидание.

А потому, чтобы попусту не терять время, давайте побываем в деповском музее, там и состоится первое знакомство с династией.

От депо до музея, а он общий и для эксплуатационников, и для ремонтников, что до недавних пор были едины, рядом. На стенде, где представлено немало трудовых династий, центральное место занимают Лавриновичи. Четыре овальные фотографии, а первым в ряду снимок Павла Петровича – слесаря паровозных мастерских. Переселенец из Белоруссии, он и положил начало династии.

Его сын Николай Павлович начинал свою трудовую биографию в 1925 году также в депо: сначала кочегаром, помощником машиниста, а затем и машинистом паровоза. За самоотверженную работу в годы Великой Отечественной машиниста первого класса Николая Лавриновича наградили высшей наградой СССР – орденом Ленина. Больше 43 лет отдал он железной дороге.

Крепкой закалки, видно, был этот человек, раз преданность своему депо, чувство патриотизма он передал и своему сыну Валентину. Тот проявил свой характер ещё в юные годы. Шестнадцатилетним пареньком в 1945 году тайком от родителей он пристал к воинскому эшелону и отправился завершать Вторую мировую.

В сентябре на зависть сверстникам вернулся в военной форме и с медалью «За победу над Японией» на груди. Затем три года отслужил на Тихоокеанском флоте и больше уже с родным депо не расставался: кочегар, помощник, машинист паровоза, тепловоза, поработал и на первом электровозе.

Завершил карьеру машинистом 1-го класса, отработав в общей сложности 37 лет. Ну а на четвёртой фотографии уже Виктор Валентинович, и опять-таки машинист 1-го класса, и 27 лет, которые отданы вождению поездов.
– Крепкая порода, – кратко подытожил Столяров. – Сейчас вот Сергей пришёл в депо. Год с лишним отработал помощником, в конце прошлого года отправили его учиться на машиниста электровоза. Надеемся, что передались железнодорожные гены Лавриновичей.

Впрочем, сам Сергей, как выяснилось совсем скоро, идти протоптанной несколькими поколениями Лавриновичей тропой не собирался. В этом он признался, не пряча взгляда, уже в первые минуты разговора. Да, было и у него несколько поездок с отцом ещё в детстве, да и сама жизнь машиниста Виктора Валентиновича проходила у него перед глазами.
– Не впечатляло всё это как-то. Тяжёлая и беспокойная работа, – откровенно сказал Сергей, ломая традиционную уже схему, когда сын непременно идёт по стопам отца.

После гимназии Сергей, как и немалое количество ровесников, поступил на юридический. Но после двух лет учёбы в Свердловской юракадемии вернулся домой – не пошло. Несколько месяцев перебивался случайными заработками. А затем известил отца: в депо пойду устраиваться. После учёбы стал помощником машиниста, сдал экзамен, а в октябре 2010 года дождался звонка из депо.
– Нравится практически всё. В общем, приработался. Ребята хорошие. А езжу, как и мои предки: до Петровского Завода или Хилка в одну сторону, до Слюдянки – в другую. Получается, порода своё взяла, – улыбается Сергей.

Больше всего выбором сына доволен отец.
– У меня, конечно, всё было проще, хотя и тогда можно было повернуть в любую сторону – в столице Бурятии тогда работали десятки предприятий, а люди искали, где легче и денежнее, за дорогу мало кто держался, как сейчас. Но я целенаправленно пошёл на курсы помощников – запали мне в душу походы к деду, а затем и к отцу в депо. Вгрызался в нашу науку так, как будто лакомство ел. Повезло и с наставником – Юрием Леонидовичем Касьяновым, он меня на верные рельсы ставил, – Виктор Валентинович с охотой вспоминает «свои» годы, проводит параллели с нынешними.
– Скрывать не буду: обрадовался, что наша династия не прервётся. Как это так – без Лавриновичей? Почти век водили поезда, пережили и революцию, и войну и потом немало всякого испытали, и вдруг – остановка? – подобная мысль никак не укладывается в голове Виктора Валентиновича.

Испытано вместе со страной и Транссибом действительно немало, а судьбы так переплетены, что без боли и разорвать невозможно.
– Работа машиниста, конечно, не сахар.

Он должен быть готов к любым неожиданностям. Давит ответственность за людей, за тысячи тонн груза, но и гордость присутствует, что управляешь такой громадой, что скользит по рельсам, – прерывает паузу старший Лавринович и вспоминает, как однажды в девяностых у него вагон в электричке взорвался:
– Вёл поезд до Горхона. В Онохое высадил пассажиров и стал разгоняться перед небольшим подъёмчиком. Народа в вагонах – полно, дело-то было как раз перед новогодними праздниками. И в это время в вагоне, который пришёл с заводского ремонта, раздался, как потом рассказали очевидцы, хлопок. Из шкафчика, где электрооборудование, вслед за хлопком в открывшуюся дверцу вылетело что-то похожее на шаровую молнию. И вот этот сгусток энергии взорвался в салоне, выбило все стёкла в окнах, возник пожар.

Конечно, сообщили о случившемся по инстанциям, вызвали «скорую» и пожарную машину, а сами с помощником стали тушить огонь, эвакуировать людей, для чего вручную пришлось открывать двери. Раненых, правда, не было, а контузило многих.
– Нам ещё парень в милицейской форме помогал. Было приятно, что быстро прибыли оперативные службы и всё так обошлось. И такое в нашей работе бывает, – говорит Виктор Валентинович, а затем рассказывает другую историю, как за его помощником с топором в руках гнался мужичок-лесовичок.

– С Посольской на электричке в сторону Байкала отправляемся. Видим, прямо по путям человек идёт, а за спиной у него целый тюк березовых веников. Скорость небольшая, и мы сигналим, сигналим, но эмоций – ноль. Начинаем торможение, но не успеваем его завершить. Лёгкий толчок – человек улетает в кусты. Отправляю помощника посмотреть, что там с ним случилось. Смотрю, а он летит обратно, а за ним мужичок с топориком. Оказалось, что это глухонемой, наших сигналов он не слышал. Но всё обошлось без единой царапины, веники его выручили, и удар получился мягким. Да и лобовая часть у электрички была полукруглой, она под себя не подминала, а отбрасывала, – говорит Виктор Валентинович.

У Сергея Лавриновича чемоданчик с такими историями, что есть у многих машинистов со стажем, пока пуст. Но лет через тридцать и он найдёт что рассказать своему сыну. Другие наверняка будут локомотивы, но останется Транссиб, соединяющий сибирские и дальневосточные земли с глубинной Россией. А ему всегда нужны крепкие и верные люди.

Сергей Кез

Пн Вт Ср Чт Пт Сб Вс
            1
2 3 4 5 6 7 8
9 10 11 12 13 14 15
16 17 18 19 20 21 22
23 24 25 26 27 28 29
30