16 июня 2021 23:07

Птица счастья

Плох тот помощник, который не мечтает стать машинистом, считает Андрей Зубов

В колонне машиниста-инструктора моторвагонного депо Александров Андрея Зубова сегодня 38 локомотивных бригад. Вот уже девять лет он обучает локомотивщиков, а в прошлом году получил звание «Лучший мастер на железнодорожном транспорте».
В своём кабинете инструктора Андрей Геннадьевич выглядит как профессор. Высокий, осанистый, с добродушным лицом, он прохаживается среди кабин-тренажёров и, не торопясь, рассказывает о своей работе и жизненном пути.
– В юности в машинисты я не стремился, – говорит он с такой интонацией, будто сам этому удивляется. – Собирался стать лётчиком. Учился во Владимирском авиационном центре при ДОСААФ, получил военную специальность «пилот вертолёта».

Но в начале 90-х годов эта профессия оказалась невостребована, гражданская вертолётная авиация почти прекратила существование. И «железную птицу» пришлось оставить. Тогда и обратил Андрей внимание на железную дорогу…
– Оказалось, моя птица счастья ждала меня тут, в депо, – разводит руками Зубов. – В сущности, профессии пилота и машиниста очень похожи – то же чувство, что управляешь сложной машиной, то же непередаваемое ощущение движения, которое ты создаёшь и контролируешь.

Однако тогда путь в машинисты для него только начинался. Без железнодорожного образования его взяли в депо сначала слесарем по ремонту подвижного состава. Он понимал, что это необходимая ступень и её надо пройти. А уж когда встал за правое крыло, не раз сказал спасибо судьбе за этот опыт. Устройство электропоезда он знал теперь не только по учебникам – своими руками все узлы и детали в нём прощупал и перебрал за три года работы слесарем. Да и образование успел получить – с красным дипломом заочно окончил железнодорожный колледж № 52, получив специальность «техник-электромеханик».

Вскоре его мечта сбылась – сам стал водить поезда. И уже через год работы машинистом получил грамоту начальника Московской дороги за трудовые успехи. Его наставник машинист-инструктор Валерий Булыгин с самого начала выделял его среди своих подопечных, радовался, что «ещё приходят к нам ребята с горящими глазами». И опытный глаз его не подвёл, Зубов действительно стал одним из лучших машинистов в депо.

Неудивительно, что когда возникла необходимость водить сдвоенные поезда, он был в числе первых в депо, кому доверили это ответственное дело.

В феврале 2005 года на посту ЭЦ станции Мытищи произошёл пожар, и автоматическое управление движением нарушилось. Зубов вспоминает:
– В новостях тогда показывали страшные для железнодорожников картины: релейные шкафы и коммутационные стойки, все оплавленные, валяются на улице, само здание тоже всё обгоревшее…

Управление движением перевели в ручной режим и, чтобы меньше загружать участок, организовали сдвоенные электрички. Машинисты грузовых поездов не любят водить такие составы – трудно управлять тормозами, проходить кривые и спуски. В случае же с электричкой прибавляется и ещё одно – необходимость часто останавливаться и высаживать пассажиров. На каждой станции сначала выходят пассажиры первого состава, потом нужно подтянуть к платформе второй. За это время кто-нибудь из нетерпеливых граждан ещё и стоп-кран успевает сорвать.

В таком режиме водили электропоезда в Москву целый месяц. За всё это время бригада Зубова не допустила ни одного нарушения или сбоя. И машинист получил ещё одну почётную грамоту с подписью начальника дороги.

А вскоре его пригласили к начальству… на собеседование.
– Это было для меня неожиданно, – говорит Андрей Геннадьевич, – предложили исполнять обязанности инструктора. Я на тот момент машинистом был всего четыре года. Но ещё через год сдал экзамен на инструктора, и с тех пор я здесь… До сих пор помню то волнение, с которым первый раз выходишь к аудитории на занятии. Ведь перед тобой не студенты, а профессионалы, причём твои коллеги. Многие и постарше меня, да и дольше работают в депо. Но я настраивал себя, что не с позиции какого-то учителя буду на них смотреть, а с позиции организатора теоретических занятий.

Он и сегодня старается не козырять своей должностью перед машинистами и помощниками. Считает, что гораздо эффективнее быть для них своего рода напарником, вместе разбираться со сложными вопросами. И каждый в его колонне знает, что может позвонить инструктору в любое время, если во время рейса возникли вопросы, и он всегда подскажет, как быть.
– Ведь моё дело не столько проконтролировать, сколько научить, объяснить то, что непонятно, – говорит инструктор. – Но это не значит, что я такой добрый. С ленью, недобросовестностью и плохой дисциплиной борюсь. Инструктору надо быть одновременно и учителем, и психологом, а главное – хорошим машинистом, чтобы подавать пример. Молодёжь сегодня, конечно, сложная. Уровень образования, увы, невысок. Но, с другой стороны, каждое поколение по-своему непростое. Поэтому, я считаю, нужно стараться найти подход, не сетовать на какие-то всем присущие недостатки, а проанализировать, как их лучше исправить. Вот десять лет назад нелегко было людей заставить даже в форме ходить! Молодёжь была слабо дисциплинированной, меньше было людей, по-настоящему увлечённых, даже среди хороших работников. Сегодня, если новичка вовремя поддержать, привить интерес к делу, то толковые специалисты вырастут.

Ещё один критерий оценки молодых кадров инструктор видит в амбициозности. У молодёжи обязательно должны быть здоровые амбиции, считает он. Поэтому у новичков-помощников всегда спрашивает, кем они себя видят через несколько лет. Те, кто не хочет быть машинистом, настораживают – вряд ли такой работник будет эффективно трудиться. А просто отсиживать смены в этом деле не получится. Правда, говорит Зубов, бывает и наоборот – человек уверен, что будет машинистом, но ничего для этого не делает.

Сегодня он нет-нет да и заскучает по работе машиниста. И когда идёт с очередным новичком в его первый рейс, волнуется так же, как в далёком уже 2000 году, когда сам впервые повёл поезд. И хотя у них с женой правило – дома о работе много не говорить, но тогда он часто делился с близкими впечатлениями.

Вспоминает такой случай:
– Остановились на станции Абрамцево. Там платформа с искривлением, и я вышел на перрон, чтобы все двери видеть. И вдруг смотрю: суета какая-то возле одного из вагонов. Подошёл – старушка держит поводок в руках, а собака провалилась между платформой и поездом. Я говорю: отпустите, и собака выбежит сама. «Нет, – бабулька чуть не плачет, говорит: – Помогите вытащить, она ещё маленькая, не поймёт, куда бежать». Ну, делать нечего, ещё и темно, зима… Вытащили мы собачку – оказалось, английский дог. Он сразу развеселился, мне на плечи лапы поставил, вот так маленький – выше меня ростом! Но было радостно, что всё хорошо закончилось.

…В кабинет то и дело заглядывают машинисты, похоже, к Андрею Геннадьевичу приходят не только на обязательные занятия. Идут посоветоваться, обсудить какие-то проблемы. Недавно и его 14-летний сын, увидев очередной раз на отцовском столе схему электропоезда, спросил: «А ты мне объяснишь? Я тоже хочу быть машинистом». – В общих чертах объяснил. Ну а если серьёзно, надумает после школы идти в железнодорожники, конечно, поддержу. Хоть и нелёгкая это работа, но благородная и интересная.

Слово «поддержка» часто звучит в его рассказе. Наверное, это и есть суть его работы – увидеть в машинисте слабые и сильные стороны, указать на ошибки и поддержать того, кто, так же как и он, свою птицу счастья нашёл в железнодорожном деле.

Наталья Цыплева
Александров

Пн Вт Ср Чт Пт Сб Вс
  1 2 3 4 5 6
7 8 9 10 11 12 13
14 15 16 17 18 19 20
21 22 23 24 25 26 27
28 29 30