БАМ / 20.06.21 23:29

Молодость на БАМе: студенческий отряд «Багульник» отметил 40-летний юбилей

Для бойцов это была не просто работа, а целая глава в жизни, ведь они участвовали в главной стройке века – в строительстве Байкало-Амурской магистрали

Для бойцов это была не просто работа, а целая глава в жизни, ведь они участвовали в главной стройке века – в строительстве Байкало-Амурской магистрали
фото:АСОРП

В начале июня строительный студенческий отряд «Багульник» отметил свой юбилей. Отряд «Багульник» был создан в 1981 году на базе МИИТа. Бойцам было интересно трудиться на Всесоюзной комсомольской стройке. Все понимали, что получают уникальный опыт. Для всех участников БАМ был не просто стройкой, а школой, которая научила их труду и ответственности. 

«Таких огромных комаров я больше никогда и нигде не видел»

Михаил Синев, президент Ассоциации организаций продуктового сектора: 

– В 1981 году мне было 19 лет, учился на втором курсе института. Тогда многие студенты хотели попасть на БАМ. Больше даже думали не о заработке, была какая-то романтика – молодость, Всесоюзная комсомольская стройка, тайга. Хотелось туда ехать, но был жёсткий отбор и не каждого туда брали.

На БАМе особого изобилия в еде у нас не было. Даже шутили: утром - вода без крупы, в обед - вода с крупой, а вечером - крупа без воды. Не хочу сказать, что возникали проблемы с едой, но рацион выглядел достаточно скромно. 
С собой на стройку каждый боец обязательно брал килограмм чеснока и два килограмма лука. Говорили, что от цинги и нехватки мяса. Кроме тушёнки, ничего другого мясного не давали.

Главной проблемой для нас стали комары. Таких огромных комаров я больше никогда и нигде не видел. Лагерь находился в тайге, поэтому, когда мы приезжали на завтрак, обед и ужин, стояла стена из комаров. В ложке супа, подносимой ко рту, всегда находилось 5-7 комаров. Первое время мы их убирали, а потом перестали обращать внимание. И ели суп с «мясом».

Все шпалы обрабатывались креозотом, который испарялся при положительной температуре. Из-за этого можно было получить ожоги, кожа сходила, сдирали её руками.  Поэтому работали в одежде. В ней было жарко, но что поделаешь, здоровье важнее.
Мы испытывали огромную физическую нагрузку. Для выравнивая железнодорожного полотна использовали электрошпалоподбойки, которые сильно вибрировали. Доходило до того, что утром просыпались, а пальцы рук не разгибались. Подносили руки под холодную воду и пытались  разогнуть пальцы. 

Заполнилось обилие ягод и грибов в тайге. Времени свободного у нас было, конечно, немного, но мы все же выбирались в лес. Грибы жарили на больших противнях. Каждый стройотряд обязательно имел двух поваров и одного врача. Как правило, это тоже были студенты. 
При средней зарплате на тот момент 80-120 руб.  я получил за неполные два месяца 1 200 руб.  Маме привез с БАМа электрический самовар, себе купил японскую куртку «Аляску», дублёнку. В местных магазинах можно было приобрести вещи, которые не продавались в Москве и Ленинграде. 

«Незабываемым впечатлением на БАМе стало увиденное полное солнечное затмение»

Павел Шевелев, начальник Калининградского информационно-вычислительного центра ОАО «РЖД»:

- На строительство БАМа я поехал в 21 год. Тогда этот объект подавался как стройка века и, естественно, для студентов считалось значимым и почётным участие в строительстве магистрали. Отбор был очень серьёзный. Один из главных критериев – хорошая учеба. Я учился на четвёрки и пятёрки, поэтому, наверное, меня и взяли в отряд.

До Тынды сразу не смогли добраться, несколько дней провели в Иркутске. Помню, мы ночевали в Иркутском институте инженеров транспорта. Это пятиэтажное здание. Первый, второй, третий этажи учебные, четвертые-пятые - общажные. Нам выделили место на первом этаже. Я спал под столом преподавательской кафедры, кто-то – на парте, кто-то – на скамейке. Кому-то повезло больше – и им достались маты. Зато мы покатались по Ангаре и увидели Байкал. 

От Тынды до места дислокации нас вёз рабочий поезд. Его скорость по новому пути БАМа была где-то 15-20 км, такое ощущение, что ехали целый день. 

Я очень хорошо помню участок,  на котором мы работали. С 1620-го по 1633 км.  Лагерь из брезентовых палаток разбили в тайге¸ в 150 метрах от возводимого железнодорожного пути. Нашей задачей было домкратом поднять железнодорожный путь на нужную высоту. Местами нужно было поднять рельсы на 15-20 см, а где-то и до полуметра. Для этого под шпалы подбивался щебень с помощью ЭШП – электрошпалоподбойки. Интересная и сложная работа. 

Параллельно мы собирали щитовые дома в поселке Ларба и обкладывали камнями откосы от мостов. Это были тяжёлые булыжники размером в футбольный мяч. За время, проведенное на БАМе, я сбросил килограмм 10-15. Приехал домой худющий, одежда на мне висела. 
Деньги мы получили хорошие. За два месяца работы я заработал около 800 руб.  Это бешеные деньги по тем временам. На них я себе купил джинсы, сапоги зимние, шубу искусственную. 

Незабываемым впечатлением на БАМе стало увиденное полное солнечное затмение. Чтобы его увидеть, специально на кухне «накоптили» стеклышки. 

«После возвращения домой купил подарки всей семье, а себе взял куртку «Аляска».

Хасян Зябиров, генеральный директор АО «Уголь-Транс»:

– В 1981 году я был на первом курсе, а меня назначили мастером всего отряда. Хотя в основном всех направляли в стройотряды после окончания второго курса. До этого я с отличием окончил Пензенский техникум железнодорожного транспорта, служил старшиной морской пехоты  на Тихоокеанском флоте. Студентом на БАМе я побывал трижды: один раз мастером студенческого отряда и два раза командиром студенческого строительного отряда «Багульник». 

Мне нужно было собрать три бригады и организовать их работу. Тогда со всех окон звучали песни по радио про строительство БАМа. Царила такая патриотическая атмосфера в стране, поэтому всем молодым ребятам хотелось попасть на стройку магистрали, и прежде всего главном железнодорожном институте страны (МИИТ). На одно место в бригаде претендовало до 20 человек. При выборе отдавалось предпочтение ребятам с хорошей успеваемостью, а также спортсменам. 

До места назначения мы добирались самолетами с пересадками. Из-за нелетной погоды пришлось провести несколько дней в Иркутске. Ночевали в спортзале местного железнодорожного института, успели посмотреть  Ангару, Байкал.

Палаточный лагерь находился около станции Ларба (в 133 км от Тынды).  Мы занимались подъемкой железнодорожного пути до проектной отметки, мостили скальником откосы железнодорожных мостов. Конечно, климат доставлял проблемы. Мошка и комары, но мошка больше всего. Но никто не жаловался. Во всем царила атмосфера взаимопонимания и взаимовыручки. 

У нас проводилось посвящение бойцов-стройотрядовцев. Целый ритуал с участием леших, водяных. На  это представление приезжали посмотреть руководители  и сотрудники организации-заказчика со своими семьями. Песни  под гитару, спортивные соревнования среди студотрядов – так мы проводили свой досуг. Гимн отряда песня «Багульник» на музыку В.Шаинского, слова И.Морозова. 

В конце наших работ проводилось общее собрание, на котором каждому бойцу  выставлялся коэффициент трудового участия.  Участвовали все студенты. Чем больше коэффициент, тем выше зарплата. Вот такая была справедливость.  

Я тогда заработал около 2 тыс. руб.  Большие по тем временам деньги. После возвращения домой купил подарки всей семье, а себе взял куртку «Аляска», которою потом носил лет десять, уже работая на железнодорожной станции Горький-сортировочный маневровым диспетчером.
Впоследствии на всех должностях – от начальника железнодорожной станции до первого заместителя Министра путей сообщения РФ – очень пригодились практические навыки, полученные на БАМе.

«Самым трудным было то, что не хватало калорий. Хотелось большой котлеты»

Петр Баскаков, заместитель председателя Совета директоров компании «Трансконтейнер»:

– На строительство БАМа я поехал в 1983 году, когда мне было 22 года. Я тогда учился на третьем курсе факультета «Эксплуатация и управление перевозками». Хотелось проверить свои силы. Конечно, свою роль сыграли и престиж стройки, и романтика, и возможность хорошо заработать. Тогда многие ребята работали в студотрядах. Это считалась таким же нормальным явлением, как служба в армии. 

На БАМе мы провели почти два месяца (53-54 дня, если не ошибаюсь). Cамым трудным было то, что не хватало калорий. Еда была – макароны, тушенка, но постоянно хотелось большого куска мяса или большую котлету. Климат был непростым. Ночью температура могла опуститься до +10 градусов, а днем стояла жара +35 градусов.
 
Вставали в шесть-полседьмого, завтракали и ехали на участок. Ложились спать в десять-пол-одиннадцатого вечера. Но ощущение складывалось такое, будто мы не спали, а все время работали. Суббота тоже была рабочей. Как говорится, пахали по полной программе. 
Но зато какая там была природа. Очень красиво. А когда ты приезжал с работы и искупался в реке с температурой воды +4 градуса, сразу пропадала вся усталость. Главное, что мы все приехали с БАМа живы и здоровы. Потому что, честно говоря, работа у нас была тяжёлая. 
Но когда мы возвращались домой, то чувствовали гордость за вклад в развитие БАМа. За свою работу я получил 1 040 рублей. Никаких крупных покупок не делал, потому что уже был семейным человеком. Но эти деньги стали хорошим подспорьем для спокойной жизни. 
 


Даяна Лиджи-Гаряева

Первые лица

В раздел →

Новости

Все новости →

Мероприятия

В раздел →

История

Путешественникам дали поспать. 155 лет назад в России стали производить комфортабельные вагоны для дальних поездок Путешественникам дали поспать. 155 лет назад в России стали производить комфортабельные вагоны для дальних поездок
Советы профессионалов: как правильно управлять личными финансами Бег ради высокой цели Как День железнодорожника стал благотворительным праздником

Популярное из регионов

Прямой эфир